8
0«Значит, предыдущая коробка опустела в день его смерти», – задумчиво сказал я.
«Да, месье, утром я обнаружил, что она пуста, и выбросил ее».
«И как часто месье Дерулар баловал себя конфетами?»
«Как правило, после обеда, месье».
«Франсуа, – сказал я, – могу я рассчитывать на ваше благоразумие и сдержанность?»
«Если в этом есть необходимость, месье».
«Конечно, месье. Она должна быть в мусорном ящике».
Он удалился и вернулся через несколько минут с запыленным предметом. Это была почти такая же коробка, что лежала на столе, только на сей раз сама коробка была голубой, а крышка – розовой. Я поблагодарил Франсуа, посоветовав ему еще раз хранить молчание, и без долгих разговоров оставил дом на авеню Луиз.
Далее я позвонил доктору, который посещал месье Дерулара. Вот этот, доложу вам, оказался крепким орешком. Он надежно укрылся за стеной ученого языка, но мне показалось, что он не настолько уверен в причине смерти, как ему хотелось бы.
«Бывало много неожиданных случаев такого типа, – заметил он, когда мне удалось пробить легкую брешь в его обороне. – Внезапный приступ гнева, сильные эмоции… после обильного обеда, известное дело… затем приступ ярости, кровь приливает к голове… результат вам известен!»
«Но с чего бы месье Дерулару так горячиться?»
«Как – с чего? Я был уверен, что у него был яростный спор с месье де Сент-Аларом».
«По какому же поводу?»
«Это же очевидно! – Доктор пожал плечами. – Разве месье де Сент-Алар не считается фанатичным католиком? Их дружба как раз и закончилась из-за расхождения во взглядах на церковь и государство. Ни дня не проходило без споров. Для месье де Сент-Алара наш депутат был почти антихристом».
Известие было неожиданным и давало пищу для размышлений.
«Еще один вопрос, доктор. Можно ли ввести некую смертельную дозу яда в шоколадную конфету?»
«Я полагаю, можно, – медленно произнес доктор. – Вполне подошла бы чистая синильная кислота, если исключить возможность испарения, и также любая крупинка сильного яда могла быть проглочена незаметно… но, по-моему, такое предположение весьма сомнительно. Шоколадные конфеты, начиненные морфием или стрихнином… – Он скривился. – Вы же понимаете, месье Пуаро, одного кусочка было бы достаточно! Хотя такой любитель сладостей, как он, не стал бы церемониться».
«Благодарю вас, господин доктор».
Я покинул доктора. Далее я проверил аптеки, расположенные по соседству с авеню Луиз. Хорошо быть полицейским. Я без проблем получил нужную информацию. Только в одном месте мне сообщили о возможно ядовитом препарате, проданном в интересующий меня дом. Это были глазные капли сульфата атропина для мадам Дерулар.
