Вечный воин

Там весь груз был перевезен на пляж с белым тонким песком, пока чистым, еще раз пересчитан и поделен с моей помощью на паи. Затем тянули жребий, кто за кем берет. Поскольку мне полагалась половина, я брал один пай после каждого. Во время перехода я спросил на финикийском языке у пленников, кто из них сможет выкупиться, если отвезу его на Милету? Запросил тридцать солидов — в три раза выше, чем стоит молодой раб в Карфагене. Нашлось восемь желающих, шесть юношей и две девушки. Их я взял в первую очередь в счет своей доли и добавил к ним парня и девушку, которых собирался сделать своими слугами. Дальше брал оружие и другие металлические предметы, вино и оливковое масло, а так же по просьбе Хильды бочку меда. Беременную женщину надо баловать.

Когда прибыли галеры и поделили добычу, я спросил и у привезенных ими пленников на финикийском языке, кто может выкупиться за тридцать солидов? Поскольку ни вандалы, ни аланы языка этого не знали (они и латынь не осилили), никто из них не понимал, что спрашивал и что отвечали, поэтому с радостью продавали мне доставшихся им рабов сперва по пять солидов за голову, потом по четыре, по три… Поскольку рабов привезли много, работорговцы быстро сбивали цену, а я платил чуть больше. В итоге через два дня повез обратно на остров сорок семь человек, сохранивших свои носы.

Ветер был противный, поэтому добрались под вечер второго дня. На якорь встали в той же бухте неподалеку от города Мелита. Мои пленники подозвали к борту марсильяны рыбацкий баркас, возвращавшийся с лова, рассказали, кто они и как их выручить. Поутру к судну лодки плыли одна за другой. Кто-то прибыл, чтобы опознать родственника и уточнить цену, кто-то сразу выкупал. Впрочем, последних было мало. Я проторчал на рейде шесть дней, дожидаясь, когда соберут нужную сумму. Сперва хотел взять только золотом и серебром, потом понял, что проторчу здесь несколько месяцев и вряд ли получу выкуп за всех, и согласился на бартер: брал любой товар, который можно быстро продать в Карфагене или Риме. В основном это были всё те же мёд, вино и оливковое масло в бочках. К ним добавились несколько десятков баранов, которых я взял с условием, что с каждым дадут и большую охапку сена. Их загрузили в носовой трюм, чтобы не нервировали меня своим блеяньем и вонью. Одного подростка так и не выкупили. Никто даже не спрашивал о нем. Я понял, что паренек обманул меня, надеясь, видимо, что сможет удрать. Отпустил его без выкупа. Я не обеднею, а сообразительность надо поощрять.

У меня не было четкого плана, куда плыть дальше. С одной стороны в Риме заплатят дороже за полученные товары, чем в Карфагене; с другой — тарахтеть туда на несколько дней дольше. Решил положиться на судьбу.