5
0— С Ниночкой мы отлично ладили. А как будет, если Ниночки не станет, прямо даже и не знаю, — поделилась женщина своими тревогами. — Захочет ли новая хозяйка, чтобы я оставалась? Ее ведь может и не устроить, как мы тут все организовали.
— Новая хозяйка? А почему именно хозяйка?
— Ну а как же! Ниночка ведь деньги не из воздуха взяла. Ей подруга одна дала. Только не просто так, а с условием, что пока Ниночка долг ей не отдаст, то вся фирма, оборудование и помещения будут записаны на нее.
— Вот-вот, — закивала головой Аркадия Григорьевна. — На эту самую Машу.
— Значит, фактически она тут всему хозяйка?
— А как скоро Ниночка собиралась расплатиться с Машей?
— Вот этого я вам не скажу, — покачала головой Аркадия Григорьевна. — Но пока что мы все больше вкладывали в новые станки, новые помещения, нитки, художников нанимали профессиональных. Это же все огромных денег стоило. И брали мы их из наших доходов. Так что вряд ли Ниночка успела много отложить на уплату долга.
Это было интересно. Но ведь подруги и раньше знали от самой Ниночки, кто ей одолжил денег на цех гобеленов. Так что ничего принципиально нового они не услышали. А вот то, что врагов в профессиональной сфере у Ниночки не было, этой позиции Аркадия Григорьевна держалась твердо.
— Какие враги? Конкуренты, что ли? Так дело это для нашей страны новое. Доход не абы какой. И ни одной другой фирмы, кто бы занимался этим же делом, я не знаю. Ковры ткут многие, это да. И из Турции везут, и из Бельгии, и даже из Китая и Индии. А вот гобелены, да еще на заказ, никто не делает. Это лично наше ноу-хау. И жили мы до сих пор без всякой конкуренции.
— Может быть, какие-то трения внутри коллектива? Скажем, среди уволенных сотрудников?
— Внутри коллектива у нас все спокойно, — заверила Аркадия Григорьевна. — Можете мне поверить. Никого из работников Ниночка лично не увольняла. Так что если и были обиженные, так они в первую очередь на меня должны были зуб иметь.
— Личного? — задумалась Аркадия Григорьевна. — А ведь знаете, верно! Были у Ниночки проблемы с одним молодым человеком. Мне он сразу не понравился. Вроде бы одет прилично. Машина дорогая. А вот глаза пустые совершенно. Как у дебила.
Подруги с надеждой уцепились за этот хвостик.
— Как звали… Как же его звали? Ах да! Игнат!
Тьфу ты! И снова тупик! Про Игната подруги знали уже все досконально. И даже слушать не стали Аркадию Григорьевну. У них на сегодняшний день было еще множество дел. Например, наведаться к родителям Димы и попросить у них телефонную книжку сына, в котором мог храниться телефон его любовницы — Натахи.
Но перед этим подруги заехали к Мане. Она по-прежнему сидела в квартире Ниночки. На улицу не высовывалась, так как страх на нее накатывал волнами.
— То ничего, а то как накатит, дышать невозможно.
