0
0—Да-ша — шепчет, и вновь пытается приблизиться, но я не позволяю, выставляя ладони перед собой.
—Не обольщайся, Туманов, я сделала аборт.
Мне хочется рвать на себе волосы за своё враньё и за то, что сейчас в его глазах вспыхивает тёмный, недобрый огонёк. Я не из тех людей, кто будет пытаться удержать мужчину ребёнком, но и не горделивая, чтобы назло ему стать матерью одиночкой. Просто за эти несколько минут, я решила, что ещё не готова становится на путь грязных памперсов и бессонных ночей. Так зачем же ставить перед выбором, когда свой я уже сделала.
В пол шага Егор оказывается рядом, и схватив меня за плечи, со злости сжимает.
—Зачем ты это сделала? — Рычит так, что желваки ходуном ходят, а у меня не пойми откуда возникает нездоровое желание злить.
Усмехаюсь, вздергивая левую бровь вверх, и неотрывно вожу взглядом по небритым щекам, до которых так и хочется дотронуться, слегка крупноватому носу, и возвращаюсь к глазам, где столько намешено, что невозможно понять— убить ли он меня хочет или пожалеть.
—Лучше скажи спасибо, что избавила тебя от этих мук выбора. — Едко выплёвываю каждое слово, напоминая, что у него скоро пополнение и он ничего не потерял, в отличие от меня.
— А я тебя просил? Ты решила за нас обоих, даже тогда, когда ещё не знала, что я женюсь и что у меня скоро…
— Что у тебя скоро родится сын или дочь — сглотнув, продолжаю. Его дыхание тяжелое, словно он пробежал километра два без остановки, и кажется я слышу стук его сердца. Не знаю, сколько проходит времени в этом немом разговоре, но в итоге Егор сдаётся первым, и обнимает меня так крепко, словно пытается что-то сказать или доказать. Мои руки не двигаются, а нос утыкается в мягкость футболки, от которой пахнет мятой и цитрусами, а ещё им. Мне нравится его запах, но кажется это последний раз, когда я могу позволить себе такую вольность.
—Какая же ты дура — хрипит он в мои волосы.
—А ты скоро станешь отцом — бормочу еле слышно и чувствую лёгкий поцелуй на макушке.
—Да — Горько усмехается, а на моих глазах наворачиваются слёзы.
Ну вот… Не выдержала…
—Я ведь думал, что у нас что-то могло получиться. Даже собирался…
—Не говори! — Резко обрываю его, потому что иначе не смогу отпустить, а нужно… И это не жест доброго самаритянина, просто несколько месяцев проведённых в постели и пару вылазок в свет, ещё не означают любовь до гроба. Может мы разбежимся через время, а там есть надежда на семью. Хоть и фиктивную, но такие браки самые крепкие. Так что пусть лучше все остаётся так. Не знаю, правильно ли поступаю, но время, как говорится расставит всё на свои места.
Спустя двадцать минут Егор уходит. Я видела, что ему тяжело, что он мечется словно слепой котёнок и ждёт, что попрошу остаться. И он бы остался.
