0
0— Что за повод?
—Ну как же — Язвилисто хмыкает и закинув руки за голову полощет своим потухшим взглядом, словно ножом по коже— рождение дочери отмечал, или что, скажешь не повод?
—Что ты хочешь от меня услышать? — Вытерев об джинсы вспотевшие ладони, отворачиваюсь, не выдержав осуждающего взгляда, блуждающего по моему лицу. Находится в пустующей квартире вдвоём с Егором, было самое худшее мое решение за последнее время.
—Всё Даша, я хочу знать, мать его всё и без вранья!
—Я не сделала аборт…
—Да что ты, а я думал непорочное зачатие!
—Прекрати! — Шиплю, и вскочив с места, подлетаю к окну и дёргаю вверх ручку хватая ртом морозный, успокаивающий воздух.
Почему это так сложно? Егор ведь знает, что Нюта его, мне просто нужно вернуться на шесть лет назад и посвятить его в эту историю, но язык словно к небу прирос, а ещё огромный ком царапает горло. Я бы могла поступить, как сука и просто уйти, потому что имею на это право и потому, что мне сложно вести беседу в душном помещении, где кроме нас с Егором больше ни души. Но этот взгляд, от которого до сих пор не по себе, не позволяет так с ним обойтись.
—Ты там уснула что ли? Я всё ещё жду подробностей, милая.
—Не называй меня милая — фырчу, закрывая окно и развернувшись, упираюсь спиной о подоконник, пялясь в тёмный затылок.
—Давай-давай, мне очень интересно узнать, как так получилось, что я пять лет не знал о существовании собственного ребёнка. Не заставляй меня нервничать, итак башка на разрыв.
Мне так хочется съязвить, аж до зуда в ладонях, но я сдерживаюсь и набрав в лёгкие побольше воздуха начинаю свой рассказ. Говорю всё, с момента, когда я узнала о беременности. Объясняю о запрете аборта, о том, как пыталась его найти, но телефон был вне зоны, как искала по всем социальным сетям и молилась, чтобы он сам меня нашел. Как плакала день и ночь и умирала от жуткого токсикоза, как родилась Нюта и как мы жили все эти годы. Как только я замолкаю, по телу бегут мурашки от нарастающего напряжения, а в душе наоборот, такое облегчение, что вот-вот вырастут крылья. Егор молчит, и даже не шевелится, но я слышу его прерывистое дыхание. Наверное, сложно понять и принять тот факт, что ты отец пятилетней девочки, поэтому я не позволяю себе лишнего. Просто жду, скрестив ноги.
—Я не знаю, что сказать — Спустя долгие минуты по комнате разносится его хриплый шёпот и скрип кровати. Егор принимает положение сидя, поворачивается, и смотрит на меня потерянным взглядом, в котором столько намешано, не перечесть. Сглотнув, чувствую, как в глазах начинает печь, но контакт не обрываю, пытаясь взглядом донести, что мне очень жаль.
Но разве ему нужны мои слёзы? Они не повернут время вспять на долгие шесть лет, не вернут упущенные моменты радости и разочарования.
