Три ночи с повесой

Рука ее скользнула внутрь — первое, что она почувствовала, был жар его тела, обжигавший ей пальцы. Нащупав смятую ткань, Лили нетерпеливо отодвинула ее в сторону и ощутила гладкую, слегка влажную, горячую кожу. Неужели он всегда обходится без нижнего белья, на миг удивилась она. Как странно… Спрятав улыбку, Лили игриво куснула его за нижнюю губу.

Джулиан чуть заметно дернулся. Лили, затаив дыхание, просунула руку поглубже… нащупала густые завитки волос, очень похожие на ее собственные. А потом вдруг ее пальцы наткнулись на что-то каменно-твердое, горячее. Замирая от любопытства, Лили провела по нему пальцами, удивляясь его величине и тому, как двигается гладкая кожа при малейшем ее прикосновении.

Словно стальной меч в шелковых ножнах. Удивительное сочетание нежности и силы. Лили вздрогнула, сообразив, что будет, если это окажется глубоко внутри ее.

Джулиан вдруг резко отодвинулся. Откинув голову на сиденье, он хрипло дышал, будто ему не хватало воздуха.

И Лили внезапно ощутила силу. Не ту первобытную мужскую силу, которую она чувствовала кончиками пальцев, а свою собственную. Свою власть над ним. И еще досаду.

Из-за всего этого вороха одежды, которая была на них, ей так толком и не удалось по-настоящему добраться до него. Но кое-что она все-таки смогла — например, прижаться губами к его шее. Джулиан, не в силах сопротивляться, вытянулся на скамейке.

И тут вдруг кеб остановился. И все внезапно закончилось — слишком быстро.

Лили уткнулась лбом в его грудь. Ее душил смех. Что ж, может, это даже к лучшему, внезапно подумала она. В конце концов, ничто не мешает им продолжить начатое в ее постели.

Джулиан, опомнившись, поспешно оправил на ней юбки.

Потом оторвал ее руку от себя, поднес к губам и благодарно поцеловал.

В карете стало немного светлее, поскольку в окошко пробивался тусклый свет уличных фонарей. Поспешно спрыгнув с его колен, она принялась наспех приводить в порядок свою одежду — насколько это было возможно. Корсаж, увы, был в полном беспорядке — Лили пришлось вытащить из волос булавку и кое-как заколоть его. Джулиан, выскочив из кеба, предложил ей руку.

Они молча поднялись на крыльцо. Лили не могла дождаться, когда они поднимутся по лестнице и за ними захлопнется дверь спальни.

Лили уже повернулась, чтобы запереть дверь, но тут кое-что показалось ей странным.

— Почему кеб не уехал? — Она озадаченно нахмурилась.

И тут вдруг заметила, что Джулиан не спешит войти.

— Потому что я велел кебмену подождать.

Лили впилась взглядом в губы Джулиана. Он не мог этого сказать! Не может быть, чтобы он вот так взял и ушел — после того, что произошло между ними в карете. И, самое главное, до того, как все произошло.

— Мне нужно идти, — пробормотал Джулиан. — Ты не понимаешь… меня хотят убить.