Todo negro

Мне понравился этот ваш футбол… И команда понравилась.

— «Святые» тоже, но я про «Лепреконов». Загляну как-нибудь на вашу игру: не возражаешь? Или хотя бы на тренировку.

Я то ли закивал, то ли замотал головой, но Самди меня понял. Чернокожий вынул из зубов тлеющую сигару и указал ею в глубину зала.

— Посмотри, мой русский друг.

Он указывал на Бриджит.

Хотя вокруг ирландки было полно девочек вдвое моложе, она полностью владела общим вниманием. Стакан в одной руке и мундштук в другой совсем не мешали красавице танцевать: она двигалась в такт бодрой музыке с потрясающей грацией. Словно танцевала вовсе не под рок, а как минимум под джаз — или, может, вовсе что-то классическое. Рыжие локоны взлетали к потолку, разбегались по голым плечам, падали на лицо. Тогда я бы ещё не взялся судить, что из лоа за боги или полубоги, но танец Мамы Бриджит выглядел божественно. Я недаром повторяю это слово.

— Иди, спляши с ней. Я староват для такой музыки. Иди, чего застыл? Не расстраивай мою жену!

Расстраивать Барона и его жену мне совершенно не хотелось: оставалось подчиниться.

Как ни странно, тот вечер почти забылся уже следующим утром. Хотя «забылся» — это не совсем верное слово. Я вроде бы и помнил все события, однако они больше не казались ни странными, ни пугающими. Не казались даже особенно интересными: я просто перестал об этом думать, едва открыл глаза в своей постели.

А через пару дней забыл уже по-настоящему: ровно до того дня, когда Барон Самди в самом деле явился на наш стадион. Кстати, если вы подумали, что вся история только о нём и Маме Бриджит, то отнюдь. Впереди нас с «Лепреконами» ждали другие удивительные события и… встречи.

Прошли месяцы. Наступила зима, и наша последняя игра за «Лепреконов» приближалась.

Для многих парней она должна была стать и последним настоящим матчем в жизни: большинство игроков школьных команд на том заканчивают. По всему выходило, что так будет и со мной.

Линк Флэтчер окончательно нацелился на общественный колледж. Пусть это далеко от предела мечтаний, но наш ресивер не унывал.

— Учиться всё равно не хочу. —признавался он. — А за два года уж кому-нибудь приглянусь.

Ну да: подальше от мистера Ли у Флэтчера явно будет шанс продать себя скаутам. Если бы наш дорогой тренер меньше руководствовался расизмом, а больше оценивал футболистов по самой игре и использовал их лучшие качества — быть «Лепреконам» в центре внимания колледжей постоянно. Но увы…

У Рики всё тоже складывалось не лучшим образом.

— Если не Университет Луизианы, то уж куда-нибудь…

Увы, речь по-прежнему не шла о спортивной стипендии: нашему квотербеку предстояло пробиваться в команду, учась на деньги родителей.

— Да уж: полное говно выходит.

Именно говно и выходило, иначе не скажешь.