Todo negro

Он выглядел угрюмым, но улыбку на суровом лице Дадли вообще редко доводилось увидеть. Лишь один человек на свете умел вызвать её. Потому нельзя было исключить, что Миссисипи мистеру Дадли всё-таки по нраву.

Хотя скорее дело состояло в ином: владелец компании желал лично взглянуть на будущие торговые пути. Раз война закончилась и Соединённые Штаты Америки остались единой страной — теперь время деловых людей. Окно возможностей распахнулось, а Дадли был из тех, кто без стеснений лезет в окна.

Тем более в такие привлекательные. Новый Орлеан — морские ворота в Миссисипи. Сент-Луис — дверь на Запад, пока ещё так слабо освоенный. Соедини все двери хорошими коридорами — и…

— Папа! Ну оторвись от несчастной газеты. Посмотри: какая красота!..

Красоту и Джеремайя видел. Великую красоту, да вовсе не за окном: прямо рядом с собой.

— Элис, солнышко, мне не до глупостей. Я работаю.

— Мы ведь ещё не приехали…

— Я изучаю место, в которое мы едем. Это тоже работа.

Элис насупила брови, забавно сморщила носик. Она вечно дулась на отца вот так, в шутку — не бывало повода обижаться по-настоящему. Мистеру Дадли вовсе не нравилось, что дочь увязалась за ним в деловую поездку. Однако старый делец ни в чём не умел отказать единственному на свете близкому человеку.

— Смит, ради всего святого: развлеки Элис, раз сам бездельничаешь. Уже жалею, что взял тебя с собой, чёрт побери! Это так ты, стервец, «будешь полезен» в Новом Орлеане? Сидеть и лыбиться?

Рядом с Элис у Джеремайи и правда в основном получалось лишь глупо улыбаться. Именно ради неё юноша напросился в поездку.

Быть может, другого шанса провести много времени с дочерью босса не представится. Джеремайя Смит, конечно, страдал некоторой робостью. Он отнюдь не являлся красавчиком, был полноват, носил очки — словом, не лихой кавалерист. Однако суровое воспитание в доме проповедника дало некоторые плоды.

Джеремайя умел сделать шаг навстречу мечте — а иначе и работу в компании Дадли не получил бы. Однако единственного шага не всегда достаточно. Бывает мало даже двух. В какой-то момент что-то шло не так…

Вот и сейчас. Убедить Уильяма Дадли в своей полезности вышло — на работе Джеремайю Смита ценили. Но как ему сблизиться с Элис? Да ещё под носом у сурового папеньки?

— Ох, Джерри! — она всегда называла Джеремайю так. — Ты знаешь, в Новом Орлеане…

И понеслось щебетание. Про красивые дома, про красивую музыку, про утончённых людей, что говорят на обожаемом Элис французском языке. Уильям-то был холоден к искусству, а уж чего точно не терпел — так это французов и прочих католиков. До мозга костей протестант: одна из причин, по которым приметил некогда юного сына проповедника.