Todo negro

Открыв глаза, Тимур увидел, что один из скинов распластался на снегу. Он лежал «по струнке», с протянутыми вдоль туловища руками: так люди падают после отличного удара в челюсть, когда мгновенно теряют сознание. Цыган не раз видел такое и на ринге, и на улице.

Двое других уже были в лапах негров-сенобитов: каждый уверенно держал по одному бритоголовому. Третий чернокожий взвалил на плечо нокаутированного. А из-за спин садистов показалась женщина — тоже чёрная и не из проституток, но её Тимур сразу узнал.

Теперь он понял, что лицо «мамки» отнюдь не было вусмерть пропитым. Просто, когда она ещё выглядела белой, негроидные черты всё равно угадывались. Пухлые губы, широкий нос, вот это всё… Хозяйка салона оказалась абсолютно голой, как и её подручные — и так же плевать хотела на холод. Тимур отметил, что фигура у неё великолепная: стройные ноги, широкие бёдра, огромная натуральная грудь.

Негритянка бросила на Тимура лишь короткий взгляд, а вот матерящихся скинхедов осмотрела внимательно.

— Эти подходят. Тащите в дом.

Тимура оставили посреди заснеженного двора: до него никому уже не было дела. Трое чёрных гигантов волокли брыкающихся скинов и их отключившегося товарища к хрущёвке. Негритянка, манерно виляя задом, без спешки следовала за ними.

Какое-то время Тимур пролежал, не веря своему счастью, а потом с трудом поднялся. И только теперь заметил рядом круглый предмет, брошенный одним из преследователей.

Это была голова Данко, разумеется. С его же, по всей видимости, членом, вставленным в рот. Но такая картина уже не могла вызвать у Тимура какие-либо чувства. Чувства кончились.

Теперь, в одних джинсах и без ботинок, уже стало смертельно холодно. Тело стремительно коченело, ступней цыган больше не ощущал. Но это, блядь, ещё не конец! Он всё ещё был жив и собирался бороться за жизнь дальше.

Подволакивая левую ногу, Тимур побрёл в сторону видневшейся между домов дороги. Дверь ему ночью в таком месте никто не откроет, это как пить дать. И с круглосуточными магазинами здесь не очень. А вот сердобольный водитель — на такое, по крайней мере, можно немного надеяться. Всё-таки опасным Тимур нынче не выглядел… В идеале — менты! Никогда в своей жизни Тимур не был бы так счастлив увидеть ментов.

А Данко, Руслан… разберёмся. Нужно выбраться отсюда, и после уж разберёмся. Как говорилось в том самом переводе фильма Гая Ричи?..

Из сломанного носа капало красным на снег. Кровища залила шею, грудь, живот. И спину тоже залило — из порезов от стекла. Наверное, Тимур уже был в крови с головы до ног. Насрать, так даже теплее.

А где-то вдалеке горели фары, и их свет постепенно приближался.

За стеклянными стенами нещадно палило полуденное солнце, однако в зоне прилёта кондиционеры работали отлично.