Тени южных скал

Мальчик у него на руках начал вырываться:

— Надо бежать. Нельзя тут быть! Вода! Плохая вода! Будет плохо, очень плохо! Скоро вода!

Он в ужасе смотрел на трубу, из которой лилась мутная струйка. Потом, как дикий зверек, выгнулся, ухватился за железный пруток и в мгновение ока вскарабкался наверх. Кузя кинулся бежать по двору и спрятался в большой собачьей будке, которая стояла у ограды. Капитан остался на месте, пытаясь осознать то, что показал ему мальчик. Он осторожно высунул голову и осмотрел повторно территорию и въезды, вслушался в крики рабочих. В мастерских кипела работа, и никто не замечал, что над люком торчит голова разведчика.

Через час наблюдений Шубин спустился вниз, прошел по мутному вонючему потоку и замер у бетонного кольца — выхода из сточного коллектора. За спиной раздавался сильный шум, он был всё сильнее и ближе. Разведчик кинулся к выходу из трубы, сделал несколько гребков по ледяной жиже и выбрался на берег. Оттуда, где он только что стоял, хлынул бурным фонтаном в яму черный поток технической воды. Несколько минут — и слив отходов закончился, широкий вихрь превратился в струйку, а затем окончательно пропал. Разведчик сел на берег, натянул телогрейку поверх мокрой одежды, пытаясь согреться после неожиданного купания. Его одежда была мокрой, кожа горела от технической жидкости, и всё же разведчик был доволен тем, что обнаружил. Всё-таки безопасный путь есть: на завод можно проникнуть, минуя прожектор, вышку и охрану. Воду сливают порциями, и достаточно будет выждать промежуток времени, когда коллектор пустой, чтобы пробраться прямо ко входу в мастерские. Глеб расположился на берегу сточной ямы и засек время. Лишь через час по трубе пошел новый выброс из воды и смазочных жидкостей. От этой порции резко пахну́ло бензином, и Шубин понял: внутри мастерских вовсю идет ремонт танков. Мужчина поднялся и начал пробираться между домами назад. Уже было далеко за полночь, времени хватит только на возвращение в ущелье.

У подножия горы капитан оказался почти одновременно с Алесей. Она с трудом проговорила, задыхаясь после стремительного забега:

— Всё узнала. В Борун пригнали танки.

— Да, — дрожащий от холода Глеб так же, как и напарница, едва мог говорить.

Многочасовая усталость, озноб после купания в едкой воде совсем измотали его. Помогая друг другу, Зеленина с Шубиным прицепили опорные тросы к ремням и начали подъем. Последние силы ушли на то, чтобы взобраться по отвесной скале. Усталость была такой сильной, что даже страх перед падением отошел на второй план. Механически Глеб переставлял ноги, впивался пальцами в трещины между плитами, очень смутно улавливая, что тело его деревенеет от холода и долгих физических усилий.