Сыщик для феи

Должно быть, это каким-то образом связано с тем самым падением света, о котором мы слышали. К назначенному сроку Железная Дева получила новое сердце, если говорить высоким стилем, или же, выражаясь техническим языком, устройство, конденсирующее и трансформирующее психическую энергию масс. Следующим таким устройством, как теперь понятно, назначено быть Маше. Вуаля! Оваций не надо, цветы в машину.

Взрывов восторга по окончании разоблачительного монолога не последовало. Публика явно не желала купать в аплодисментах доморощенного ясновидца, предпочитая молчаливо осознавать смысл услышанного. Далекие от цивилизации лесовики, вероятно, и вовсе не понимали суть проблемы, но для феи же подобный поворот событий был настоящим шоком.

– Но это только предположение, – медленно подбирая слова, не желая признавать истинность моих слов, проговорила она. – Все же может быть по-другому. Наверняка может быть по-другому.

– Например, как? – жестко спросил я.

– Ума не приложу, – честно созналась Делли, разводя руками. – Но Дева Железной Воли не может быть Повелительницей драконов.

– Согласен, – кивнул я. – Это ты ей сообщишь при личной встрече. Кстати, пора бы уже о ней позаботиться. Судя по темени в глазке, на дворе ночь, самое время для прогулок.

Строить план побега, вероятно, любимое занятие заключенных. А тут на нашу удачу для этого под рукой был ряд возможностей. Во-первых, сама по себе Делли, а во-вторых, ее сумка, содержащая остатки прихваченных еще в Торце магических спецсредств. На счастье, туповатые псеголовцы, не получив приказ конфисковать наше имущество, ограничились лишь изъятием Вадюниного меча. Навскидку было придумано четыре способа эффектного выхода из темницы. Но, увы, слишком эффектного для создавшейся обстановки. Оказаться снаружи не составляло особой сложности, но риск погибнуть в бессмысленной схватке с ордой псеголовцев, сгореть при выжигании двери, быть раздавленными проращиваемым сквозь крышу лесом или же оборотиться в крошечную муху в центнер весом был слишком велик, чтобы любой из наших планов казался пригодным к исполнению. Дебаты были в полном разгаре, когда по ту сторону дощатой обшивки темницы послышалось слабое кряхтение и едва различимый стук.

– Ага! – победным жестом воздел сучковатую руку вверх старый лешак. – А вот и подмога подоспела. Чаял, что они нас в злом полоне не бросят, так оно и сталось.

– Доски раздвиньте! – послышался с той стороны обшивки сдавленный голосок.

– Ну-тка, возьмемся! – Старшак кивнул своему «юному» другу, и те вцепились, даже не вцепились, слились с неструганой стеной. – Распластовали дерево живое, – с негодованием в голосе укорял кого-то первый лесовой дедка. – Погубили!

– Не идет животок по тесу! – вслед за ним сокрушался другой.