3
0Перемежая жевание раздумьями о том, как следует построить допрос звероящера, я почти и не слушал напевную речь гуральского богатыря, но слова его, сообщающие о скором отбытии бронированного кормильца в Бослицкие угодья, выдернули меня из задумчивости, точь-в-точь дедо-бабовская бригада монстроидную репку.
– Уважаемый посадник, – фокусируя внимание на хозяине дома, заговорил я, – уточните, пожалуйста, если вас не затруднит, когда улетает дракон?
– Известное дело, – удивленно вскинул кустистые брови старый богатырь, – под утро. Девки к пещере по вечерней заре дойдут, в старой веже переночуют, а чуть свет за дело, чтоб часу не терять.
– Утром, – повторил я слова ветерана. – Угу. А нам бы с ним до того переговорить стоило. – Я посмотрел на Машу. – Ваше высочество, не откажите в услуге представить меня вашему приятелю.
– Так что ж, прямо сейчас и поскачете? – всплеснул руками посадник. – А с дороги передохнуть? Путь-то, поди, неблизкий был.
– Неблизкий, – подтвердил я. – Но времени на роздых нет, не так ли? – Я обернулся к дамам, и те, превозмогая накопившееся отвращение к дальним странствиям, молча кивнули. – Да, и вот еще что, – я полез в кошель за монетами, – там, в Лукоморье, за озером, Кот Ученый живет. Я ему бадью валерьяновой настойки задолжал. Вы бы не могли на этот счет распорядиться? Понятное дело, все расходы будут оплачены.
– О чем речь? – усмехнулся добродушный вояка, поглаживая усы. – Сделаем в лучшем виде! Только вблизи Лукоморья никаких озер не было.
– Теперь есть, – обнадежил я его.
Дракон обвел взглядом живописную группу, стоявшую у входа в пещеру, и, обнажив клыки в подобии улыбки, прорычал:
– Вот так компания! Два чужака и фея. Маша, что за сброд ты сюда привела?
– Фильтруй базар, черепашка-мутант! – возмутился могутный витязь, до сих пор не взявший в толк, как это вдруг можно общаться с подобными тварями, не имея намерения снести им головы с плеч. – Мы, между прочим, грусские бояре! А это чисто кудесница из Волшебной Службы Охраны.
– Вот ведь вопрос, – полуприкрыв желтые с черными вытянутыми зрачками очи, громоподобно прошептал ящер, – пылинка, обретая имя, перестает быть пылинкой или же нет? Становится ли она больше, чем пылинка, обретая имя? Или остается все той же обычной пылинкой, но только с именем?
– В натуре это он о чем? – ошарашено глядя на мерно покачивающуюся драконью голову, пробормотал Злой Бодун. – Маша, чего это с ним?
– Он существует, следовательно, мыслит, – тихо проговорила наследница грусского престола, стараясь не потревожить старого знакомца. – По-другому драконы не умеют.
