Сыщик для феи

 – О том никто не знает. Драконы, те завсегда здесь обитали, а мы… Ходят разговоры, что дивный род из чужина пришел да покинул родные края не по своей воле. Врата за ними захлопнулись и, пока свет стоит, не отворятся. Может, так оно и есть, может, по-другому, не берусь утверждать.

Одно известно доподлинно: когда на закате своей жизни фея начинает тихонько угасать и в конце концов исчезает бесследно, родня ее говорит, что ей довелось увидеть свой мир и найти в него лазейку. Но как бы то ни было, мой народ пришел сюда в те времена, когда никаких людей не было и в помине.

Драконы – да. Драконов было неисчислимое множество. Огромные, куда больше нынешних, малюсенькие, чуть крупнее сороки, летучие, прыгающие, плавающие – на любой вкус. А ума-то у всех, как у молодого щенка. Ну и, конечно же, чувствовали они себя здесь хозяевами. Как же иначе? Ну, с драконами мы уж как-нибудь справились. Вразумили их, отвадили от наших жилищ, а иных даже приручили. Казалось бы, живи спокойно, ни о чем не думай. Драконий мир живет по своим законам, мы – по своим. Места хватает, никто никого не донимает.

Но не тут-то было! Однажды на поле, где мы проращивали озерень-траву, которая в организме гармонию пяти начальных стихий устанавливает, с небес рухнул железный дом. По форме, что твоя коровья лепешка, только огромный и весь в радужных огнях. Видать, тот, кто сверху расставляет фигуры для Большой Игры, решил, что чересчур спокойно нам живется. Ну, конечно же, диковина небывалая, и наши на нее сбежались поглядеть, и драконы налетели. Спорят, толкаются, гадают, что ж это за чудная корова покуражилась? А блин знай себе лежит да огнями мигает.

И вот на третий день, когда все уже вдоволь налюбовались, да и по делам своим разошлись, железка вдруг возьми и раскройся. Лежала-лежала, а тут словно пасть разверзлась. А из той пасти, точно горошины из стручка, такие восьминогие блинчики посыпались. Как мамаша, только поменьше и на ходулях. Один молодой дракон сунулся поглядеть поближе, как вдруг из железной многоножки на один только миг луч сверкнул, а голову несчастному снес, куда там мечу Громобоя Егорыча! Другой дракон на скопище этих вылупков пламенем дохнул, так они только закоптились! Бредут себе как ни в чем не бывало. Мы пробовали было их силой чудодейской одолеть, никакого толку! Ну, отбросишь блин ходячий, ну камнем сверху оглоушишь, а оно себе идет да лучом своим всякого, кто попадается, вмиг изничтожает. Тогда-то племени драконьему карачун и настал!

Это сейчас они поумнели и без великой потребы на рожон не лезут, а в те времена только дай! Все у них было в избытке: и сила, и упрямство, и мстительность. За одного убитого трое новых в бой рвались. За первый месяц тысяч до пяти этих тварей голову сложили.