Сыщик для феи

– Да уж что тут сложного, – хмыкнула красавица, устраиваясь поудобнее перед зеркальной гладью. – Вот сам погляди. Представляешь себе образ того человека, с коим хочешь связаться, и начинаешь мыслить о нем неотступно. И вот, коли рядом с ним зеркальце заветное есть, наше враз голубоватыми волнами пойдет. Вот… Ой! Красное!

– Где красное? – удивился я.

– Зеркало покраснело.

– Это оно здесь наслушалось, – съязвил я, пожалуй, неуместно, поскольку Делли только досадливо отмахнулась и заговорила возбужденно.

– Ты пойми, если бы Вадим был поблизости от зеркала, он бы его наверняка услышал. А оно бы, в свою очередь, почувствовало бы это и заголубело. А коли красным стало, выходит, нет рядом хозяина.

– М-может быть, он потерял свое зеркальце, – не слишком уверенно предположил я.

– Вряд ли, – покачала головой фея, – оно в рюкзаке лежало. Разве что он драгоценный рюкзак утерял.

– Может, он на постоялом дворе его оставил, а сам по делам отправился.

– Ну, может быть, конечно, – не слишком веря собственным словам, проговорила кудесница. – Но время-то еще раннее, куда б ему по утренней росе-то идти?

– Да ну, ты скажешь! – попытался я переубедить не на шутку встревоженную сотрудницу Волшебной Службы Охраны. – У меня чуть свет вон какая толпища под дверью собралась.

– Да, кстати, люди! – фея хлопнула себя ладошкой по лбу и, закончив внезапный приступ самобичевания, щелкнула пальцами. Со стороны двери вновь донесся гомон спорящих голосов и истеричные увещевания попавшего, как кур в ощип, субурбанца, уговаривающего вельможный люд не чинить препон государевой службе. – Голоса им забыла вернуть, – пояснила Делли.

– Давай так, – предложил я. – Сейчас еще действительно рановато. Думаю, если все в порядке, к полудню Вадим должен вернуться. Тогда и разберемся.

– Ладно, – нехотя вздохнула Делли, явно не слишком доверяя моим доводам.

– Может быть, зеркало вообще разбилось, – уже вдогон своему предложению бросил я.

– Волшебное зеркало разбить невозможно, – покачала головой кудесница. – Ну да, будь по-твоему, подождем.

Время шло, и с каждым ударом колокола на звоннице наше всевозрастающее нетерпение делало новый виток, рисуя в услужливом воображении картины бедствия одну страшнее другой.

– С ним что-то случилось, – нервно сжимая пальцы, бормотала Делли, время от времени пытаясь разглядеть Злого Бодуна в глубоком стекле волшебного зеркала.

Теперь я и сам с трудом скрывал волнение. Одного за другим отпуская свидетелей, я невольно поймал себя на мысли, что слушаю всех лакеев, баронов и постельничьих в четверть уха, выводя на пергаменте вместо текста показаний витиеватые арабески.

– Полдень! – наконец выдохнула Делли. И это слово прозвучало для меня громче, чем сопутствующий ему колокольный звон.