2
0— Ваше величество, как такое могло быть, если Эбигейль Девен замужем?
— Я ставил, на то, что он убьёт магната Девена и женится на его жене.
Этторио тяжело вздохнул. Как с такой кашей в голове можно править? Альгул прав, королевству нужно приток свежей крови.
На мыслях о крови его рот наполнился слюной, клыки удлинились. Этторио непроизвольно сглотнул.
— Так что там Этторио? Кто выиграл?
— Рауль женился на Эйвис Петта.
Станислав заметно расстроился. Он вспомнил, что спорили на двух рабынь. Теперь придётся отдавать выигрыш Этторио.
— Ваше величество, церемонию передачи прав проводил сам император Гиоргий.
— Это хорошо, Этторио, значит, он считает положение в нашем королевстве опасным.
— А разве оно не опасно? Власть захватил фанатик. Караваны с пищей всё чаще стали задерживать на границе, — рапортует Глава Тайной Канцелярии.
— С твоей помощью Этторио. Великолепная разработка. Интрига на высочайшем уровне.
— Благодарю вас, ваше величество, — слегка поклонился Этторио, чтобы скрыть усмешку.
— Молодой герцог Ренделл недооценил предостережение императора…
— Он же поплатился за это? Не так ли? — опять перебил король.
Как же надоело Этторио докладывать два часа, то, что можно быстро сказать минут за двадцать. Дурацкие шутки, постоянные перебивание. Иногда хочется ругаться, как портовый грузчик. Он вздыхает, успокаивается и сухо продолжает:
— Совершенно верно, ваше величество. Мы правильно рассчитали. Рауль пока действует согласно нашего плана.
— Протокольная ты душа, Этторио, — хохочет король. — Я уже забыл, что ты там на планировал.
— Вам напомнить? — под поклоном он скрыл сверкающие от бешенства глаза.
— Сделай одолжение, друг мой.
Этторио, как фанат своего дело не переносил, когда все тонкости тщательно разработанного плана приходилось повторять по нескольку раз. Вся красота интриги растворялась в постоянных повторениях.
У него было чувство юмора. Этторио отдавал себе отчёт, что если он покажет его, то доклады растянутся ещё на пару часов.
— Ваше величество, как вы наверняка помните, что наша главная ставка была на ненависть Альгула к Раулю.
— Если мне не изменяет память, но зерно этой ненависти заботливо посеяли мы, — король уже серьёзен.
— Память вам не изменяет.
Этторио опять поклонился, признавая гений Станислава. Королю нравилось, когда подданные проявляли уважение к нему.
— Теперь в работу вступила вторая часть нашей многоходовой интриги. Жену Ренделла выпили, не досуха. Оставили письмо от Альгула, который в нём угрожает молодому герцогу.
