2
0Ночь прошла бурно, Настя благодарила по-своему, по-женски.
Утро началось со стука в нашу спальню. На пороге стоял один из охранников:
– Хозяин, у ворот царские воины, тебя видеть хотят.
– Передай – сейчас буду.
Я быстро оделся и, ополоснув лицо, направился к воротам. Там гарцевали на лошадях три царских воина из личной охраны. В голове мелькнуло: «Ежели бы арестовать пришли, ворвались, да и люди были бы из Разбойного приказа».
Один из воинов спрыгнул с седла, поздоровался.
– Лекарь Кожин ты будешь?
– Царь к себе призывает, немедля.
– Сейчас возок запрягут, подождите.
– Поспешай, мы подождем.
Я распорядился запрягать свой возок, сам стал быстро переодеваться. Все-таки к царю иду. Накинув на плечи шубу, уселся в возок, и мы поехали. Воины ждали у ворот и поскакали передо мной. В голове метались мысли – зачем понадобился? Вроде ничего такого не натворил, за что бы царь вызвать мог, налоги плачу исправно, может, занедужил? Подъехали к Кремлю, воины, не задерживаясь, проехали ворота и спешились. Дальше все пошли пешком – ездить по Кремлю на лошадях было нельзя, это была царская привилегия. Во дворце меня вели по переходам, поворот за поворотом, мы проходили залы, спускались и поднимались. С непривычки можно было и заплутать. Подвели к резным дверям в широком коридоре, сбоку стояли два воина с саблями у пояса и бердышами в руке. Велели обождать, и я разглядывал расписанный коридор. Дверь открылась, и меня пригласили. В небольшой комнате было несколько человек в богатых, шитых золотом одеждах, царя я угадал только потому, что он единственный сидел на кресле. Я согнулся в поклоне, поприветствовал.
– Это ты Кожин, лекарь?
– Наслышан, наслышан. Годков несколько тому князь рязанский о тебе сказывал, в обороне от татар зело хитростью басурман изводил. Да вот английский и французский короли через послов меня благодарили за умение твое. А испанский король Филипп почему-то недоволен, пишет, крепость в Картахене порушил, людишек многих побил. Ну да мы за то на тебя не в обиде, большой приязни у меня с Филиппом нет, – царь захихикал, и придворные заулыбались. – Посол шведский вчерась прибыл с нижайшей просьбой. Король шведский Карл занедужил, просят приехать тебя, лекарь. Слухи о твоем умении лекарском уже по всем дворам королевским ходят. Поедешь ли?
– Государь, не гневайся, у меня и здесь работы полно, да еще и шведы, боюсь, не забыли, как я корабль ихний повредил, из плена сбегая.
Царь и приближенные громко засмеялись.
– Наш пострел везде поспел – а когда ж ты лечить-то успеваешь? То шведам пакость учинишь, то в Гишпанском государстве разорение, то вот татары жалуются на тебя.
