Стреляй! «Бог войны» (сборник)

К сожалению, стоял он далековато, я просто не успевал дотянуться, но цели все-таки достиг. По руке его обильно заструилась кровь, нож выпал из руки. Этих уже можно было не опасаться, и я кинулся на помощь женщинам. Бандит оказался молодым, но опытным. Заслышав крики товарищей, он бросил женщин и кинулся ко мне, сжимая в руке огромный нож. На ноже еще были следы крови несчастного кучера. Разбойник медленно надвигался на меня, плотоядно щерясь щербатым ртом. Взмах справа, я уклонился, одновременно пытаясь достать его своим ножом. Мимо. Взмах ножом слева я отразил своим ножом. Мы несколько минут нападали друг на друга и отражали атаки. Мне повезло больше – разбойник споткнулся о тело убитого мной бандита, вскинул руки, пытаясь удержать равновесие, и этот момент я не упустил, всадив ему нож в грудь по самую рукоятку. Разбойник рухнул, изо рта его бежала струйка крови. Женщины стояли, прижавшись друг к другу, в страхе наблюдая за нашей поножовщиной. Вероятно, они приняли меня за одного из бандитов, что-то не поделившего с бывшими друзьями. Иначе чем можно объяснить мое появление на пустынной дороге, да и одежда моя была не много лучше, чем у разбойников. К тому же благородные господа носят шпаги, а я сражался ножом, так же, как и бандиты. Им было отчего бояться, ведь я один расправился с тремя. Приблизившись, я поклонился, представился:

– Юрий! – и плюнул в сторону убитых бандитов.

Я направился к кучеру, но он не подавал признаков жизни. Женщины собирали вещи из раскрытых сундучков. Я видел в одном из сундучков небольшие кожаные мешочки – наверное, серебро. Пожилая женщина перехватила мой взгляд и испуганно захлопнула сундучок. Чтобы не смущать женщин, я пошел посмотреть, что за дерево лежит на дороге и можно ли его убрать. Пожалуй, мне одному не справиться. Я нашел под козлами веревку, привязал к дереву и дышлу. Заставив лошадей двигаться задом, удалось освободить достаточно места для проезда. Тело кучера совместными усилиями положили поверх вещей на задок кареты, накрыв его какой-то холстиной и привязав. Женщины сели в карету, а я на облучок, щелкнул кнутом, и мы поехали. Лошади и без моего вмешательства тащили карету по дороге, я не пытался их погонять, дороги я не знал. Ехали долго, дорога петляла по небольшим горам и холмам, и только к вечеру мы добрались до городка Омон-Обрак. Здесь я остановился у придорожного двора, дальше предоставив действовать женщинам. Не заходя в трактир, они ушли, вернувшись с жандармом. Далее что-то объясняли ему, показывая то на тело убитого кучера, то на меня. Жандарм подошел ко мне, заговорил, но я только разводил руками и повторял: «Московия». Тот махнул рукой и отошел, вернулся с двумя крепкими мужиками, убитого кучера сняли с кареты и переложили на подъехавшую телегу.