Стреляй! «Бог войны» (сборник)

Впереди показалась тропинка, я свернул направо, справедливо полагая, что мне на север. Через несколько километров тропа вывела меня к небольшой деревушке, стоящей между холмами. Страшно хотелось есть, стыдно и неудобно, но придется попрошайничать. Я взглядом церковь не нашел, слишком мала деревушка. Выбрал один из домов на окраине, постучал, на стук вышла пожилая женщина. Я знаками попросил кушать, она с жалостью посмотрела на меня и мою одежду, скрылась в доме и вынесла кусок хлеба и сыр. Не отходя от дома, я с жадностью набросился на еду, женщина смотрела на меня и вздыхала. Еда очень быстро закончилась, я поблагодарил женщину и спросил: «Париж?» Она указала дорогу. После еды с удвоенной энергией я принялся шагать по узкой дороге. Ничего, приободрял я себя, из плена освободился, и теперь Париж – лишь вопрос времени. Так я прошагал часов шесть, почти без остановок, изредка проходя нечастые в этих местах деревушки. Устав, прилег отдохнуть в тени деревьев. По моим прикидкам, прошел я сегодня километров двадцать, до вечера еще можно десяток. Не очень быстро получается, но это лучше, чем сидеть у испанцев в подвале. Отдохнув, вышел к небольшому городку. Издалека была видна церковная колокольня. Заходить в город я не стал, устроился на ночлег невдалеке, на опушке леса, решив с утра просить милостыню на паперти у церкви, хотелось кушать – что для здорового мужика кусочек хлеба и сыра на весь день. Как только рассвело, нашел ручеек и умылся, затем пошел в город, по колокольне нашел церковь и встал, бросив перед собой замызганную шляпу, больше похожую на помятый блин. В церковь потянулись прихожане, с некоторым удивлением смотрели на незнакомца – невелик городок, почти все знали друг друга в лицо, но милостыню в шляпу бросали – в основном медяки. Я дождался конца мессы, выходящие еще давали медяков, я сгреб их в карман и пошел искать местный трактир. Заказал скромный завтрак – ткнув пальцем в блюда на прилавке. Дали тушеные овощи с чем-то вроде гуляша и небольшой кувшин красного вина. Подкрепившись, пошел искать дорогу на Париж. Встречный буркнул на мой вопрос: «Париж?», скептически осмотрел меня и показал пальцем направление, тогда я осмелел и, ткнув пальцем в землю, спросил, правда, по-английски: «Таун?» Как ни странно, он меня понял, сказал: «Перпиньян». Такого города я не знал, но что это меняло? Я выбрался из города и пошел по дороге, иногда меня обгоняли кареты, обдавая пылью из-под колес. В голове мелькнула мысль – а если прицепиться сзади к экипажу, пока он будет где-нибудь стоять? Ободренный этой мыслью, я шел и шел по дороге. После полудня показался перекресток дорог, около него несколько домиков, в одном из которых была придорожная харчевня.