2
0На борт были брошены сходни, взошла команда портовой охраны, нас согнали на берег, не позволив взять даже личные вещи. Под конвоем из четырех вооруженных солдат нас отвели в портовую тюрьму, располагавшуюся неподалеку, и заперли в одной общей камере. Все устало повалились на грязную, сопревшую солому, в углу пищали и возились крысы, хотелось пить и есть. Я придвинулся к купцу, свет еле проникал через маленькое зарешеченное оконце, солнце уже садилось, и с каждой минутой в камере становилось темнее. Я обратился к купцу:
– Слышь, Гриша, за что нас, как долго мы будем здесь сидеть?
– Вины за собой я не знаю, а сколько будем сидеть – одному богу известно. Придется ждать суда, раньше нас не отпустят. Хорошо еще, если судно и товар не конфискуют, завсегда свеи русских купцов обижали.
Я переварил услышанное и решил спать, в моем положении ничего более не оставалось.
Утром купца увели, затем поодиночке стали вызывать членов команды. Меня вызвали в последнюю очередь. В маленькой комнате за столом сидели в камзолах двое важных господ. В руках у них я увидел свои подорожные документы:
– Кто вы, с какой целью находитесь на судне?
– Я лекарь из Московии, мое имя Кожин, на судне нахожусь пассажиром, направляюсь из Франции домой, в Москву. Мне хотелось бы знать, на каком основании я задержан? Документы мои в порядке, к судну я никакого отношения не имею.
Шведы о чем-то переговорили на своем языке:
– Будете находиться вместе с командой на общих правах до решения суда.
Но слушать меня никто не стал. Надзиратель грубо толкнул в плечо и отвел в камеру. И это у них, блин, правосудие?
Вся команда уже была в камере, не хватало лишь купца, который как владелец был и капитаном. Его под руки притащили позже, был он избит. Как мог, я попытался оказать помощь. Еды снова не давали, но принесли в большом кувшине воды, все напились, я смочил купцу повязки.
– Гриша, что они хотели?
Купец, застонав, повернулся на бок.
– Хотят, чтобы я признал вину, якобы беспошлинно возил воск и меха в Ганзейский союз.
– А если заставят признаться?
– Судно и груз конфискуют в королевскую казну, команду отправят на галеры или на каторгу.
Такой оборот меня не устраивал. Надо было что-то придумывать. Осмотрев решетку на оконце и стены, понял, что отсюда, кроме как через дверь не выбраться.
Я придвинулся к купцу:
– Гриша, а суд может нас признать невиновными и отпустить?
Купец долго молчал, я даже подумал, что он не услышал вопроса:
Такой ответ еще более укрепил меня во мнении, что отсюда надо бежать.
– Гриша, бежать отсюда надо!
Купец лишь усмехнулся разбитыми губами:
– Да на нашем же судне.
– До судна еще добраться надо, а там охрана, да даже если уйдем из порта, фрегат догонит, он значительно быстроходнее.
Я надолго задумался.
