Стреляй! «Бог войны» (сборник)

Надо было кормить резко возросшее число обитателей дома. Я еще раз вернулся на суда, взяв с собой Сидора. Из трюма достали связанного пленного. Рана не кровила, пленный хоть был в сознании.

Тать презрительно скривился, ничего не ответив. Мы погрузили его на телегу, уселись сами.

– В Разбойный приказ.

Возчик удивленно посмотрел на связанного пленного, сплюнул:

– Повесили бы его, да и все дела.

Ехать было недалеко. Разбойный приказ располагался в одной из башен Кремля. У дверей стояли двое охранников, загородивших мне дорогу:

– Кто таков, по какому делу?

– Лекарь Кожин, имею государево поручение, позови дьяка.

Один из охранников ушел внутрь башни и вернулся с подьячим, одетым в простую рубашку и штаны, страшноватого лицом.

– Лекарь Кожин, из Рязани, по государеву делу буду жить в Москве, с холопами и имуществом на корабле перебирался в Москву, напали разбойники, удалось отбиться, одного взяли в плен, по государеву указу привез его вам, в Разбойный приказ. Говорить, шельма, ничего не хочет.

– У нас не заговорит – запоет!

Охранники резво подскочили к пленному, не церемонясь стащили его с телеги и поволокли в башню.

– Зайди, лекарь, записать надо.

Мы зашли в маленькую комнатушку, в углу стоял стол, за которым сидел писарь, тоже, надо сказать, с обличьем звероватым. По лицу сюда отбирают, что ли, их?

Я более подробно рассказал о нападении, слушали со вниманием, писарь быстро строчил на бумаге. В конце меня попросили перечислить свидетелей, в коих я перечислил всю команду, и дать свой московский адрес. Ну прямо как менты.

После завершения официальной части подьячий пошел провожать, обещал известить о ходе дознания. А прощаясь, сказал:

– Добил бы сразу, нам работы меньше было бы.

– Узнать хочу, кто за ними стоит, не сами они напали, кто-то им подсказал, узнать хочу, кто главный!

Я развязал кошель и сыпанул подьячему в руку горсть серебра. Тот благосклонно кивнул:

– Узнаем, не сумневайся, все как есть узнаем, подойди дня через три.

Три дня пролетели в хлопотах – обустройство на новом месте, налаживание быта. Приехал мой возок с Потапом, не надо было искать чужие повозки.

На следующий день я поехал в Кремль к монаху Гавриилу выяснить, нашлось ли здание для Аптекарского приказа. Монах встретил, как всегда, с отстраненным выражением лица, мы поздоровались.

– Здание подобрано. Поехали смотреть.

Сели в мой возок и поехали. Потап дороги не знал, Гавриил показывал.

Честно сказать, я Москву толком не знал, ни сегодняшнюю, ни тем более средневековую. Поворот следовал за поворотом, иногда вдали проблескивала то ли Москва-река, то ли Яуза.

Наконец подъехали к дому. Улица оказалась узенькой, зато мощенной дубовыми плахами и была в пятнадцати минутах от центра.