22
0То ли он тщательно скрывал свои связи – хотя разве можно что-то скрыть от вездесущих слуг? – то ли их и вовсе не было, но ньора Абьери никто и никогда не видел с женщиной. Я даже предположила, что ему нравятся мужчины, правда, Козима тут же оборвала меня, назвав глупой чаритой. «В роду Абьери никогда мужеложников не было. Не та порода», – заявила она.
Что ж, оставалось поверить ей на слово. И все-таки что-то же его во мне заинтересовало? Почему он дал мне работу и отчего выделяет среди остальных слуг? Даже Мартину с должности своей личной служанки сместил, поставив меня на ее место.
Въевшаяся в плоть и кровь привычка никому не верить заставляла искать подвох во всем, что происходило вокруг.
– Навести дочь и оставь деньги, – отрывисто бросил герцог. Он полез в карман и протянул мне несколько динаров. – Выезжаем через три часа. Иди.
Он снова отвернулся к окну, как бы показывая, что разговор окончен и обсуждать больше нечего. А я задержалась взглядом на высокой фигуре в черном бархатном камзоле и молча пошла к выходу, гадая, чего ждать от этой поездки и можно ли считать ее еще одним узелком судьбы.
Глава 3
Дорога, выложенная серым камнем, бежала между полями, вскоре их сменили виноградники, повозка переваливалась на ухабах, а я смотрела на карету, что маячила прямо перед глазами, и все пыталась понять, для чего герцогу понадобилось брать меня с собой. В доме достаточно служанок, есть и расторопнее, и красивее, и надежнее. Зачем ему именно я? На душе было неспокойно. Не верила я в чужую доброту. События двухлетней давности навсегда отучили меня кому-либо доверять, и теперь я никак не могла расслабиться, все ждала подвоха.
Никколо, флегматично управляющий парой лошадей, тянущих нашу колымагу, громко чихнул, заставив меня отвлечься.
– Далеко еще? – устав от однообразия прекрасных пейзажей, спросила я у него.
– Видишь пригорок? Вот как за него завернем, там перекресток будет, а дальше через лес проедем – и мы на месте, – ответил кучер и снова уставился на задок кареты.
