Когда все успело измениться?
Перед глазами стояло волевое лицо с отметиной тьмы, и я понимала, что никуда не уйду. Не смогу. Бросить Сандро? Разорвать по живому то, что нас связало? Предать его доверие? Нет. Я должна знать, что с ним все в порядке. Должна дождаться приговора. Должна убедиться в том, что Абьери ничего не угрожает. А ребенок? Разве могу я уйти и оставить малыша без отца?
«А что, если это и есть тот знак, о котором ты молилась? – шепнул внутренний голос. – Прими свою судьбу. Тебе ведь так этого хочется. Что ждет тебя дома? И кто? Пара друзей? Могилы родителей? Вечная гонка за деньгами?»
А здесь? Что ждет меня здесь? Шаткое положение любовницы? Красота недолговечна.
Сердце ныло так, словно я уже пережила все это – и расставание, и боль, и растоптанную любовь, и собственную ненужность, и обиду за сына. Один раз я обожглась, влюбилась без оглядки, поступила так, как советовало сердце, и что? К чему это привело?
– Ньора Алессия, вас там спрашивают, – вырвал меня из размышлений голос Мартины.
Служанка застыла на пороге и смотрела на меня так почтительно, словно я была хозяйкой Навере.
– Кто?
– Он сказал, его зовут Ветто.
Помощник старухи Лючии? Интересно, что он здесь забыл?
– Проводи его в гостиную. Я сейчас спущусь.
Мартина поклонилась и выскользнула за дверь, а я задумалась. Что могло заставить Ветто объявиться в Навере? Узнал, что я стала любовницей герцога, и решил поиметь с этого выгоду? Или хочет передать послание от своей хозяйки? Да нет, вряд ли.
Я поправила волосы, убрала камень в потайной карман и решительно вышла из комнаты.
Дворец словно вымер. В коридоре стояла звенящая тишина, снизу тоже не доносилось ни звука, и когда я спустилась по лестнице, в атриуме меня встретило то же промозглое безмолвие. Казалось, с отъездом герцога дом погрузился в траур.
Я передернула плечами.









