Чужая роза

Я попыталась выдернуть руку, но маг держал крепко.

– Не лги.

– Я не лгу.

– Да неужели? Что ж, сейчас проверим, – холодно усмехнулся Форнезе.

Не отпуская моей руки, он достал из кармана какой-то странный предмет с иглой на конце, и не успела я опомниться, как маг резко всадил этот «шприц» мне в палец. И в ту же секунду над нашими руками вспыхнул яркий фиолетовый огонь, а в воздухе запахло озоном, как во время грозы.

Я снова попыталась вырвать руку, и в этот раз мне это удалось.

– Интересно, – забыв обо мне, пробормотал Форнезе.

В серых глазах отразилось непонятное сомнение.

Казалось, маг озадачен тем, что увидел. Он отошел к столу, на котором лежала карта Ветерии, положил «шприц» и навис над ним, упершись руками в столешницу.

– Очень интересно, – снова повторил Форнезе, и у меня по спине пробежал холодок. Когда маг говорит, что ему интересен результат проверки, ничего хорошего ждать не стоит.

– Что вы делаете?

В душе смешались страх, негодование и острое чувство опасности. Что, если Форнезе поймет, что я иномирянка? Он ведь может сдать меня храмовникам. Святая Лючия, ну почему я не ушла сразу, как только камень стал моим? Чего выжидала? Надо было брать Беттину и бежать из этого мира, а я все тянула, все чего-то ждала, вот теперь и приходится расхлебывать последствия.

Форнезе не ответил на мой вопрос. Маг напряженно разглядывал «шприц», и на его лице отражалось раздумье.

– Значит, так, – придя к какому-то выводу, сказал Форнезе. – Здесь тысяча динаров. Ты возьмешь их и исчезнешь из жизни герцога.

Форнезе достал из кармана плотно набитый кожаный кошель и подтолкнул его по столу в мою сторону.

– Что?

В первый момент я даже не поняла, о чем говорит этот мужчина и чего от меня хочет.

Смотрела на крупную руку с тремя пальцами и не могла оторвать взгляд от грубых шрамов на месте отрезанных фаланг. Их что, тупым ножом отпиливали?

– Ты возьмешь деньги и уедешь из Ветерии, – вернул меня к действительности холодный голос. – У тебя ведь есть дочь? – в словах мага прозвучал намек, от которого у меня внутри все похолодело.

– Вы не причините ей вреда! – Я вскинула голову, гневно глядя в невозмутимые серые глаза. – Вы не посмеете…

– Если ты сделаешь так, как я сказал, твою дочь никто не тронет, – оборвал меня Форнезе.

Серая дымка потемнела, налилась холодной темнотой, и я мгновенно поверила, что все будет так, как сказал маг, – если я не уйду, у меня заберут Беттину.

– Хорошо. Я все сделаю.

– Я не сомневался в твоем благоразумии, – ровно произнес Форнезе и добавил: – Но запомни, если попробуешь вернуться или попытаешься как-то напомнить о себе герцогу, тут же окажешься за решеткой.

Я представила, что больше никогда не увижу Абьери, и стиснула руки, пытаясь унять накатившую тоску. Вот и вышло мое время. Все.