Сотрудники Комитета удивленно переглянулись. Дамочка явно потеряла контроль над разумом. Разве станет такое делать здравомыслящий человек? Они отправились за беглянкой, догнали ее у кромки леса. Элеонора Матвеевна, размазывая тушь по лицу, уверяла, что ни в чем не виновата, что ее подставили, что во всем виноват «этот дьявол», который так мягко стелил. Видимо, все понимала и меру своей ответственности осознавала…
Утром следующего дня в кабинете возник полковник Сарнов, с которым служебные пути уже пересекались. Никита вскочил, но тот лишь отмахнулся, протянул руку.
– Ну что, товарищ младший по званию, принимайте на блюдечке с голубой каемочкой. Снежинская разогрета и готова к продуктивному диалогу. Но дальше сами. Итак, что удалось выяснить. Мужа нет, деньги водятся, работа не бей лежачего. Старчоус находился в Москве больше месяца под именем Кравец Виктор Степанович, жил у Снежинской. С соседями был вежлив, чуток, позиционировал себя как жених Элеоноры и подозрений не вызывал. Разница в возрасте ощутимая, но мужчина видный, выглядит моложе своих лет… в общем, всякое бывает. Формально он переселился в Москву из Вильнюса, а это, если помнишь, тоже наша страна.
– А он не отец ей? – насторожился Никита.
– Нет, – покачал головой Сарнов. – Мать нагуляла еще до Старчоуса. Отца Норы Старчоус пристрелил собственной рукой – только за то, что он отец Норы. Мать не возражала, а дитя ничего не понимало.









