Список чужих жизней

На охотничье ружье нашли разрешение в шкатулке. Соседи пожимали плечами, не могли припомнить, чтобы Колчин ходил на охоту. Вот рыбалка – другое дело, это бывало, в здешних водоемах ловятся отличные карпы… С обувной полки извлекли две пары демисезонных ботинок, эксперты соскребли засохшую на подошвах грязь. Грунт на модных чехословацких полуботинках соответствовал грунту вблизи Пионерских прудов, то есть последние сомнения в том, что Колчин и есть убийца Гаранина, отпали.

– Короче, сели в лужу, товарищи, – подытожил Платов. – Преступник понес заслуженное наказание, но легче от этого не стало.

Продолжаем работу. Колчин, как мне представляется, был человеком, бравшимся за выполнение деликатных поручений – понятно, какого толка. Работал не на всех, общался лишь с проверенными клиентами, проявлял осторожность. Медик – мог добыть и применить препарат. Обладал неплохой фантазией. Сумел не вспугнуть и подпустить к себе ожидавшего у пруда Гаранина. Есть вероятность, что субъект, с которым видели Колчина, заказал ему это убийство. Понимаю, что ищем иголку в стоге сена, но такая уж наша доля.

Ближе к вечеру позвонили из приемной генерал-майора Вахмянина и пригласили для беседы.

«Продолжается нагоняй?» – размышлял Никита, покидая кабинет. Секретарь с тридцатилетним опытом работы кивнула: вас ждут. В кабинете, помимо Вахмянина и в рамочке Феликса Дзержинского, присутствовало смутно знакомое лицо с погонами полковника. Товарищу было в районе пятидесяти лет, суховатый, гладко выбритый.

– Знакомьтесь. – Вахмянин был спокоен и невозмутим – словно и не выходил из себя несколько часов назад. – Полковник Сарнов Юрий Михайлович, Третье управление.

Возникли вопросы, но майор помалкивал. Учтиво приветствовал старшего по званию, обменялись рукопожатием. У полковника был негромкий голос, пытливые глаза.

– Предлагаю без церемоний, Никита Васильевич, – по имени-отчеству. Петр Иванович вас заочно представил. Дело, с которым я пришел, несколько отлично от того, чем вы занимаетесь, но это может быть обманчивое представление. Помимо контрразведки в войсках, мы занимаемся бывшими нацистскими преступниками… – Сарнов сделал паузу, видимо, задумался, бывают ли бывшие нацистские преступники.

 – Обойдусь без затяжных преамбул. Вы садитесь, не стойте… Знакомо вам это лицо?

Сарнов положил на стол старую, мутноватую фотографию. Фотограф запечатлел сравнительно молодого мужчину в штатском – стриженного бобриком, выбритого, с немного вытянутым лицом. У человека был волевой подбородок, неприятный, какой-то щиплющий взгляд. Снимку было несколько десятилетий.

– Смутно знакомое лицо, – допустил Никита. – Видел, но давно и не помню, в связи с каким делом. Мы его точно не разрабатывали.