– Под видом супругов живем в гостинице «Орвуар» на улице Ля Гварде. Мы мелкие коммерсанты, занимаемся поставками электронно-вычислительных машин в канцелярии и офисы. ГРУ, – произнес по-русски Лукас, понизив голос. Руки его машинально передвигали фигуры. – Резидентура, как вы знаете, в Брюсселе. Суть задания знаем. Искомый разведцентр находится на улице Авиньяж, это южная окраина города, в черте плотной застройки. Устанавливать наблюдение опасно. Там работают камеры. Запись идет на видеомагнитофоны. Через двое суток записи стираются, и магнитные ленты используются вновь.
– Это нацистский преступник, – глухо сообщил Никита. – Клейма ставить негде. Взять его в Москве не вышло.
– Мы вас поняли, – кивнул Лукас.
– Нужен портативный магнитофон с запасом батареек, – сказал Никита. – Нужен препарат, облегчающий понимание, – желательно из тех, что гарантируют результат. Нужно то самое надежное место, транспорт, возможность безопасно покинуть место проведения операции и передачи полученных аудиоматериалов. Рвать и метать причины нет, но тянуть тоже нельзя. Устранение объекта должно выглядеть как несчастный случай.
– Хорошо, мы поняли, – кивнул Лукас. – Постараемся подготовить все необходимое как можно быстрее. Вам в это вмешиваться не стоит, вы все-таки пенсионер, гм… Вам, кстати, мат.
Засмеялась Анна – словно обнаружила в тексте что-то смешное.
– Как, уже? – расстроился Никита.
– А чего тянуть? – Лукас воткнул штырек ладьи в нужное отверстие и торжествующе глянул на соперника, засмеялся: – В пух и прах, любезный. Хотите отыграться? В другой раз. Да и не советую, в прошлой жизни я дважды брал областное юношеское первенство.
– Как мы сможем связаться? – Никита захлопнул коробочку, стал всовывать ее в карман.
– Сейчас объясню. Использование раций, разумеется, исключается, мы не герои дешевого шпионского романа. Радиочастоты контролируются – как и в любом населенном пункте, где действуют объекты спецслужб. Да и трудно скрыть под одеждой эти объемистые прилады.









