2
0Из вашего отеля я уехал примерно два часа назад. И живу сейчас у Измайлова. Но соблазн подняться к тебе в номер и поговорить лично, а не по телефону был очень велик.
— Ты... Ты… — Я задыхаюсь от гнева и не могу подобрать слов.
— Макс зря высунулся. Мало времени прошло для таких поездок, но дело сделано. И ты зря прилетела. Я до последнего надеялся, что придумаешь повод и останешься дома со своим женихом. Ну или, в конце концов, прилетишь вместе с ним. В Москве с тобой будет мой человек, если Ракитину совсем плевать на тебя, — безапелляционно произносит Динар и сбрасывает звонок.
Меня трясёт. Как легко он вывел меня на эмоции. Какой же гад! Ненавижу! И хорошо, что ничего не сказала ему о Тимуре. И не скажу! По крайней мере, точно не в ближайшее время. Я почему-то уверена, что Динар не станет отбирать ребёнка, но, узнав про сына, захочет участвовать в его жизни. И это самое страшное. Я не выдержу его атак и напористости. Ведь он каким был непробиваемым, таким и остался. Ведёт себя как ни в чём не бывало — словно это не он три года назад разбил мне сердце, а я ему.
«Моё предложение выпить кофе в силе. Если мне не изменяет память, ты любишь гляссе? И ноготки у тебя короткие. Ссадины на лице заживут быстро», — приходит в сообщении от Динара, но я тут же удаляю его, оставив без ответа.
Негодяй! Какой же негодяй... Даже заметил мой маникюр в прошлый раз? А я дура, что позвонила ему. «Так же будет правильно. Пусть не думает, что я боюсь, у меня всё под контролем». Под контролем? А он взял и вывел меня из себя в два счёта.
История про Макса, брата Наташи, называется «Я тебя не помню».
10 глава
Наташа
Два последующих дня мы проводим в зале переговоров. Я работаю с документами, много общаюсь с американцами и людьми Измайлова. Виолетта ходит за мной повсюду, следит за каждым шагом, будто заделалась личным охранником. Или Асадов и её завербовал? От него, кстати, никаких новостей: я не видела его со дня прилёта.
Я разговариваю с няней и Тимуром по видеосвязи, когда стучат в номер. Завершаю вызов и иду к двери. На пороге стоит Виолетта, одетая в вечернее платье.
— Только не говори, что забыла про ужин в «Тадж Махале».
— Чёрт, — хмурюсь я. — Я думала, там не будет американцев и можно не идти."
"— Думала она. Собирайся. У тебя десять минут. Представляешь, Джон, кажется, запал на меня! Но мне всё равно нравится Асадов. Измайлов тоже хорошенький, но слишком уж наглый и вечно в цифрах и расчётах, даже головы не поднимает от бумажек. Повезло же тебе с Ильёй. В меру серьёзный и такой душка, а эти непрошибаемые какие-то... Таких акул у Градского ещё не было.
Быстро собираюсь, слушая монолог Виолетты. Надеваю чёрное платье-футляр, распускаю волосы. Наношу немного макияжа.
