3
0Это всё на несколько дней, а после мы вернёмся домой.
Разглядываю бледное лицо, чувствуя себя так, словно получил удар под дых. Ну а на что я, собственно, рассчитывал?
— Всё, или ещё будут пожелания? — уточняю спокойно.
Наташа молча кивает. Не проходит и минуты, как хочется нарушить границы и сжать её в руках. Я скучал по ней. А тот поцелуй в прихожей... Если бы она не начала вырываться и упираться мне в грудь руками — не смог бы остановиться.
Наташа одета в короткие шорты и футболку. В левой руке у неё видеоняня, волосы собраны в высокий хвост. И вот так она собирается расхаживать по дому всю неделю, ожидая, что я буду держаться в стороне?
— В таком случае выбери наряды скромнее для совместного проживания. Я вдвое старше тебя и всё ещё влюблён. Щеголять в таких откровенных передо мной не нужно. Чтобы я ненароком не переступил черту. С контролем у меня проблем нет, но грань мы однажды перешли.
Мои слова попадают точно в цель. Наташа краснеет, в глазах вспыхивает огонь возмущения. Вспомнила, малышка, откуда ветром тогда подуло? Я тоже ничего не забыл.
— Сейчас ты живёшь у меня, а не я у тебя. Чувствуешь разницу? Здесь мои порядки и это тебе следует подстраиваться под них. Ты сам вызвался помочь. Я об этом не просила.
Как же хочется подойти и обнять. Закрыть дерзкий рот поцелуем. Наташа закусывает губу и смотрит на меня. Зря. Зря она так сделала. Ещё сильнее хочется поцеловать.
— Я спать пошла. Лягу в детской. Ты в гостиной. Не забывай, Асадов, ты здесь в качестве помощника, — ледяным тоном произносит она.
— Отца Тимура, — поправляю с ухмылкой, зная, что её это опять разозлит.
Наташа закатывает глаза, шумно вздыхает, разворачивается и уходит.
Ну а кто говорил, что будет легко вернуть её доверие? С самого начала с ней было непросто.
Я ужинаю в одиночестве. На улице начинается дождь. Принимаю душ на первом этаже, вытираю влажные волосы полотенцем и иду наверх. Надеюсь, Наташа уже спит. Хочу увидеть их спящих. Хочу смотреть на них каждую минуту, когда нахожусь рядом.
Приоткрываю дверь в детскую, но заходить не решаюсь. Наташа, свернувшись клубочком, спит на диване. Тимур лежит рядом. Не в кроватке. У них даже позы во сне одинаковые. Я всё же приближаюсь к ним.
Внутри жжёт. Снова больно. Неужели это ощущение никогда не пройдёт? Наташа и Тимур действительно как единое целое, по отдельности я их даже не воспринимаю. Как будто сын всегда был рядом с ней."
"Присаживаюсь на край дивана и глажу по волосам сначала Наташу, а потом и Тимура. Почему-то вспоминается день, когда у Светы и Даяна появилась синеглазая девочка со светлым пушком на голове. Мы с Максом приехали посмотреть на крошку. Я тогда очень удивился тому, какая Наташа маленькая.
