Шатун. Казачий князь

В новом шёлковом платке и новом платье, подпоясанном узким кожаным тиснёным поясом, с серебряным бляхами. На ногах были надеты изящные красные сапожки. Прихватив с собой корзину, знахарка легко спустилась с крыльца и вопросительно посмотрела на Руслана.

– Поехали, – едва заметно улыбнулся Шатун, широким жестом указывая на коляску.

Усадив в салон женщин, он плюхнулся на сиденье сам, негромко скомандовав пожилому казаку, сидевшему за кучера:

– В имение, дядька Елизар.

– Добре, княже, – кивнул казак, ловко щёлкая бичом и разворачивая транспорт.

Каурая пара, повинуясь его движениям, развернула коляску и, снова выйдя на дорогу, взяла размашистой рысью.

Ухоженные, сытые кони катили коляску легко, словно она ничего не весила. Хизарат, с любопытством оглядевшись, потрогала пальцами кожу сиденья и, выглянув наружу, с интересом спросила:

– Это ты такой хороший фаэтон сделал?

– Я придумал, мастера делали, – усмехнулся Руслан.

– А можешь сделать такой, чтобы шёл так же мягко, но в нём можно было больных возить, которые сами ходить не могут, только лежат?

– Могу. Но ведь в наших местах на такой повозке не везде проехать можно.

Особенно в горах, – напомнил Руслан.

– А мне в горах не надо. Я в горы не езжу. Оттуда родичи сами больных везут. Мне здесь, в долине надо.

– Можно такой сделать, – подумав, кивнул Шатун. – Он даже мягче идти будет, – задумчиво проговорил парень, прикидывая, как можно в местных условиях сделать амортизаторы. – Можно и носилки сделать, чтобы больного прямо на ней в повозку грузить.

– Что нужно, чтобы сделать? – тут же вцепилась в него Хизарат.

– Время. Материалы нужные есть. И ещё надо подумать, сколько коней в неё запрягать станешь.

Пару или одного?

– Одного. Парой я управлять не умею.

– Тогда надо будет делать её легче коляски, – всё так же задумчиво протянул Шатун. – Подумать надо. Посмотреть, как лучше.

– Подумай, – вздохнула Хизарат. – Если сделаешь, тебя и твоих людей всегда бесплатно лечить стану. Первыми, – неожиданно пообещала она.

– Я не настолько беден, чтобы не платить мастеру за добрую работу, – отмахнулся Руслан. – Тут другое. Таких повозок ещё никто не делал. Обычно больных или раненых в телегу кладут или в арбу и везут потихоньку.

Мы с казаками своих раненых на носилках, которые между двух коней привязываем, перевозим. Говорю же. Подумать надо.

– Он сделает, бабушка. Обязательно сделает, – с неожиданной робостью пообещала Катерина. – Вы только его не торопите. Он уже сейчас об этой повозке думает. Я знаю. Я всегда знаю, когда он что-то задумает. Лицо у него становится такое, жёсткое.

– Вижу, девочка, – улыбнулась в ответ знахарка. – И то, что он сделает, тоже знаю. Муж твой, княгиня, сильный человек, и очень умный.