Одна телега была загружена собранным добром, на второй везли все найденные съестные припасы и зерно, а на арбе было решено перевозить отловленную живность.
Два десятка кур, козу, кота и небольшую собачонку. Откуда взялась последняя, никто из бойцов так и не понял. Но за всё время штурма собачка и не думала подавать голос, просидев всю атаку под крыльцом. И только когда подручных бандитов увели со двора, выбралась наружу. А как только казаки принялись загружать живностью арбу, сама запрыгнула в кузов и, забившись в угол, притихла.
Такое поведение животного было необычно, и Руслан велел не трогать её.
– Хоть и пустобрех, а всё одно живая душа.
В общем, теперь, после всех приключений, караван напоминал Ноев ковчег.
Длинное, одноэтажное здание, в котором было всё необходимое для ночёвки бойцов. Деревянные лежанки, отгороженные лёгкими занавесками, печки для обогрева, даже шкафчики, индивидуально каждому бойцу.
Отметившись в штабе, Руслан направился домой. Уже на подворье Шатун, спрыгнув с коня, устало вздохнул и, забрав у бойца найденного ребёнка, отправился в дом. Выскочившая на шум колёс Катерина, увидев у него на руках свёрток, растерянно замерла, после чего, осторожно заглянув в пелёнки, испуганно спросила:
– Да вот, получилось так.
– Мальчик. Маленький совсем. Думали, помрёт, пока доедем.
– Да откуда ж мне знать? – возмутился Шатун. – Говорю же, сирота он. Родителей убили. Потому и задержались.
– И что с ним теперь будет?
– Вырастим, – снова пожал Руслан плечами. – Не в степи же его было бросать.










