0
0— Каждый из нас, если взять по одному, обладает знаниями и умениями, но что мы можем, когда встанем плечом к плечу? — Шенси раскрыл еще один свой талант — ораторский. Будь Хаджар чуть моложе, и вовсе принял бы старого контрабандиста и мошенника за какого-нибудь опального короля. — Ни я, ни старейшины, ни даже мудрейший и сильнейший глава не знаем, что это такое — война. Настоящая. Голодная. Холодная. А если мы и знали, то давно забыли и знания наши так же далеки, как эти горные пики.
— С метафорами переборщил, — Шакх, стоя рядом с гномом, протянул ладонь и, получив яблоко, так же спокойно им захрустел. — Хороший сорт. Не очень сладкий. Не очень кислый.
Албадурт даже как-то немного приосанился.
— Человек разбирающийся в яблоках? Таких чудес я еще не видал.
— Именно поэтому, в этот трудный час, мы должны призвать на помощь того, чья жизнь — война. Того, про кого спеты сотни песен, о чьем мастерстве и коварстве слагают легенды смертные и адепты, того, чей военный гений путают с безумством, чья сила не знает себе равных. Я хочу призвать на помощь нашей секте Хаджара Дархана, Безумного Генерала.
К тому моменту, как всех учеников и мастеров согнали на площадку, вряд ли бы нашелся хоть один, кто не слышал про причину подобного собрания. Слухи в замкнутых сообществах разлетались с невероятной скоростью. А если это сообщество еще и не очень многочисленно…
Но вместе со слухами о том, что в секту пришли гости, до учеников и мастеров донеслись и другие. Что вскоре секте придется биться за своей существование. И не против другой секты, решившей, с какой-то стати, посягнуть на авторитет Сумеречных Тайн, и не против сошедшего с ума Дома.
Их ждал другой противник. Древний орден. Монстр, оживший из слогов древних саг и поэм. Таких старых, что даже матери их матерей не всегда помнили, как правильно рассказывать эти истории.
И самое удивительное, что вместе с древним монстром, в их стены пробрался тот, кто носил на себе клеймо “бога” этого ордена. Потомок самого Черного Генерала, надзиратель над одним из осколков души Врага Всего Сущего.
И вот теперь нареченный Небесным Лисом, старик, некогда бившийся за право называться Главой Секты, в момент смертельной опасности, предлагал им доверить свои жизни и, возможно, души, в руки того, чьи собраться и пришли сюда с войной.
Неудивительно, что после слов Абрахама по рядам учеников и мастеров прошлись волны шепотков. Какие-то из них осуждал сам факт того, что “отступнику” дали слово, другие не могли поверить в то, что Шенси позволил себе предложить в качестве генерала — потомка Врага.
— Хорошие слова, Небесный Лис, — голос Эдена положил конец начавшимся было бурлениям. — В чем-то правильные. Мы действительно забыли, что такое война.
