5
0За сиденьем водителя транспортера – солдатский ранец из телячьей кожи. И его прихватил. А вот карабины пехотинцев ему не нужны, в самоходке тесно.
Яков понес пулеметные коробки, а Виктор – ранец.
Забравшись в самоходку, Виктор доложил комбату о выполнении задания.
– Молодец! После боя рапортом в штаб сообщу. У тебя тихо?
– Ты постой где-нибудь в укромном месте. Скоро атака будет, поддержишь огнем с фланга.
– На рожон не лезь только! Конец связи.
– Антон, давай к деревьям…
Это местечко Виктор еще с бронетранспортера присмотрел. Крона дерева большая, и случись авианалет, их сверху видно не будет.
Подъехали, встали. Виктор открыл ранец. Сверху лежало чистое белье, но его сразу же забрал Антон:
– Сгодится вместо ветоши.
За бельем, завернутые в газету, лежали несколько палок копченой колбасы. У парней от ее запаха скулы свело и слюнки потекли: копченая колбаса на фронте – большая редкость. Если наши ее и выпускали, то до передовой она не доходила. Виктор дал каждому по палке и сам вцепился зубами в кусок, отрезанный от своей. Запах был одурманивающий, а вкус полузабытый. Да, хорошо немцы своих солдат снабжают!
Яков с набитым ртом невнятно проговорил:
– И без хлеба вкусно, – возразил ему Антон, – да еще и войдет больше…
Колбасу умяли быстро.
Еще в ранце оказался набор для бритья – отличная опасная бритва золингеновской стали, помазок и оселок для правки. Их забрал себе Яков: щетина на его лице была жесткой и отрастала быстро. Но – самое удивительное для передовой дело – в ранце лежал флакон одеколона. Его Виктор оставил себе: все-таки на инструктажи ходит, и лучше одеколоном пахнуть, чем соляркой.
Только они успели перекусить трофейной колбасой, как получили приказ – в атаку! Снова двинулись вперед танки, за ними – пехота и самоходки.
Виктор сразу увидел, что танков и самоходок стало меньше. Кого из приятелей он не досчитается после боя?
Они выждали несколько минут, чтобы немцы отвлеклись на танки.
– Антон, вперед! И забирай вправо…
Вправо – это в тыл к немцам. Надо ударить внезапно, панику создать. Немцы после Сталинграда окружения боялись, как наши после Вяземского котла.
С полкилометра они никого не встречали, но потом въехали на батарею зениток – малокалиберных «эрликонов». Для штурмовиков и истребителей наших – злопакостная штука, уж очень скорострельные. Однако против брони самоходки и они слабоваты были.
Зенитчики, как увидели самоходку, даже стрелять не попытались, кинулись врассыпную.
– Зенитки дави! – приказал Виктор.
Сминаемое железо хрустело и трещало под гусеницами.
Раскатали батарею подчистую и двинулись дальше – туда, откуда доносилась стрельба.
Зашли в тыл противотанковой батареи. Расчеты суетились у пушек и самоходку заметили поздно.
