Рецепт идеальной мечты

А на следующий день – отравленный чай…

Надя ярко, как на хорошей фотографии, увидела лицо Дарьи Михайловны. Начальница смотрела на нее с ироничной, чуть грустной улыбкой. Будто бы говорила:

"Ну что, Наденька, ты наконец поняла?"

– Поняла, – ответила Надя вслух. И заговорила, громко и страстно, будто бы шефиня сидела против нее:

– Именно тебе было легче всего испортить сигнализацию в отделе редкой книги. Уж кого-кого, а тебя, заслуженную, с двадцатилетним стажем, никто не подозревал. Но вдруг незадача: я, дура, начинаю в этом деле копаться. А тут еще и Крючкова вылезла: видела тебя на стройке нового дома.

Но доцентша – малахольная, она не опасна. А вот меня ты стала бояться, слишком настойчиво я рою. Что остается? Только заткнуть мне рот – благо есть все возможности. Тебе ведь ничего не стоило вывинтить болты на стремянке. А что у самой плечо разбито – так это хорошо получилось, все кругом тебя сразу стали считать героиней… Но со стремянкой – не получилось. Не повезло тебе, что я смогла уцепиться за полки, да и Максимыч вовремя подоспел. Но ты тут же пошла еще дальше и подсыпала мне в чай отравы – интересно, какой? Судя по симптомам, клофелин. Молодец, Дарья Михайловна, все сделала правильно: чуть-чуть выждала, а потом предложила поехать домой и отоспаться: надеялась, что я уже не проснусь.

Надя заморгала, прогоняя образ начальницы. "Не верю!" – прошептала она. Дарья Михайловна, остроумная, иногда едкая, заботливая и забавная в своей любви к глупым дамским романам… Не может быть.

Зазвонил телефон. Резкий звонок ударил громом, Надя вздрогнула. Машинально взглянула на часы: почти десять. Это, наверное, соседка: проверяет, проснулась ли ее подопечная.

Надя дотянулась до аппарата и максимально бодро произнесла:

– Надюха, здоровченко! – услышала она взволнованный голос Катюшки из хранилища. – А ты чего не на работе?

"Они ничего не знают? – удивилась Надя. – И Дарья Михайловна притворяется, что удивлена: почему я не вышла?"

– Привет, Катюша. Я приболела. Что-то с желудком, – отвечала Надя.

– А-а-а, – равнодушно протянула Катюха и детали выяснять не стала, даже обидно.

– Ну, что там у вас? – поинтересовалась Митрофанова.

– Ничего, – бодро ответила Катюха.

 – Готовимся к похоронам.

– Чьим? – не поняла Надя. Возникла дикая мысль:

"Значит, они все-таки знают, что ее отравили? И уже хоронить собрались?"

– Как – чьим? – удивилась Катюшка ее непонятливости. – Начальницы твоей, чьим же еще!

Митрофанова сердито сказала:

– Ты, Катька, сначала шутить научись. А то не смешно получается.

Пауза. Потом хриплый шепот:

– А ты что.., еще ничего не знаешь?

– Слушай, говори, что случилось, или я трубку повешу.

– Ух ты! – не сдержалась подруга.