Бригада (1-16)

""Но кто стрелял? Неужели Арам предал?"" – пронеслось в голове Шмидта и осторожно выглянул из кустов.

В этот момент на берегу озера появились люди. Первым к воде бежал Арам. Он сильно хромал на одну ногу – видимо, был ранен. За ним из леса высыпало человек пять в камуфляже и черных шапках-масках с прорезями для глаз. Все как один с ""Калашниковыми"". Такой же был у Арама. Он обернулся, собираясь дать очередь по преследователям. Но прозвучал только одиночный выстрел, и автомат Арама замолчал. В тот же момент он упал, срезанный ответными сериями. Значит, Арам не предатель! Тогда кто?

Один из преследователей с раздражением сдернул с головы шапку и вытер ею потное лицо.

Первое, что бросилось Шмидту в глаза, был ярко-рыжий цвет его шевелюры.

Анатолий? Не может быть! Ему-то чего не хватало? Ведь он был правой рукой Шмидта. Он вспомнил стремление Толяна во всем действовать самостоятельно… Ответ напрашивался сам собой. Зачем быть правой рукой, если можно стать шефом? Шмидт чуть было не застонал от досады и еще плотнее прижался к земле…

По берегу навстречу Толяну шел парень в камуфляжке с пулеметом Калашникова в руках.

Тут Шмидт не ошибся, когда по звуку определил старый добрый ПК.

– Ну, как? – спросил Толян.

– Накрыл обоих, – отозвался парень с дурацким смешком. – В решето…

Шмидт узнал в нем того самого бойца, Бугая, которого его заместитель якобы собственноручно казнил за предательство.

– Точно замочил? – не отставал от стрелка Толян.

– Иди, проверь сам, если не веришь, – огрызнулся боец. – Можешь контрольный выстрел сделать. Прямо на дне.

– Ладно, – Толян махнул рукой своим бойцам. – Соберите трупы и сворачивайтесь. Палатки и машины поджечь.

– А шашлык? – Крикнул кто-то.

– Тоже сожжем? Или, может, воспользуемся? Ха-ха!

– Шашлык можете доесть. Заработали, – цинично ухмыльнулся Толян и снова нахлобучил на голову вязаную шапку.

Шмидт дождался, пока убийцы уедут. Только когда вдали затих шум от двигателей их машин, он поднялся. Ванька уже оправился от страха и смотрел на Шмидта каким-то взрослым, недетским взглядом.

– Это был дядя Толя? – спросил он Шмидта.

– Он самый, – подтвердил тот. – Такие, брат, дела у нас невеселые. А теперь давай думать, как будем отсюда выбираться.

Дмитрий посадил Ваньку к себе на плечи и двинулся вдоль реки в направлении, противоположном тому, в котором уехали убийцы.

Уже в полной темноте он, наконец, вышел к какой-то дороге. От приличных машин он прятался в лесу. Когда увидел старый ""Запорожец"", вышел на проезжую часть и поднял руку. В обмен на швейцарские часы водитель-пенсионер довез их до станции, купил билет на электричку и выделил Шмидту деньги на метро.

В час ночи грязный и усталый Шмидт со спящим Ванькой на руках вошел в подъезд элитной башни на Юго-Западе Москвы.