23
0
Саша на секунду замялся: в его ситуации просто глупо было бы заявлять во всеуслышание, что небезызвестный Белов жив. Ведь тот, кто допустил оплошность и не добил его контрольным выстрелом, может вернуться, узнав об этом. Кто же все-таки его заказал: Зорин, Кабан, Введенский? Или еще кто? Желающих было предостаточно. Скорее всего – Зорин!
– Зови Сергеем. Серегой, – сказал Белов твердо.
– Серый, значит? – уточнил Федя с сомнением в голосе. – Ладно, так и запишем. По такому случаю полагается причаститься ""спири-тус вини"", спиртным духом то есть. Ты, поди, православный? Стало быть, водку пьешь?
– Только не с утра, – поморщился Белов.
Федор достал из одного кармана своей необъятной куртки бутылку водки с непонятной этикеткой, а из другого пластиковый стакан. Откупорил бутылку и аккуратно налил стакан до краев.
– Прошу.
Белов помотал головой.
– Не, я так сразу не могу. Погоди, давай ты первый.
– Как угодно.
Федя опустил веки, припал ртом к стакану с сивухой и принялся тянуть ее с видимым удовольствием, только что не причмокивая.
– Эх, крепка Советская власть!- У Феди даже слезы навернулись на глаза, он вздрогнул и занюхал принятое тыльной стороной ладони. – Так о чем мы? Да, так вот, что я хотел сказать. Вас, Саша, друг мой…
– Сережа, – поправил Белов, с удивлением отмечая перемену в речи своего спасителя: она стала более изысканной и витиеватой.
Они сели на край плиты, спустив ноги вниз. Поднялся легкий ветерок. По небу бежали белые облачка, поминутно менявшие свою форму.
– Конечно, разумеется, я оговорился, простите, – продолжал Федя преувеличенно вежливым тоном. – Так вот, наш Доктор Ватсон только поставил вас на ноги, не более того. Главный же вопрос в другом – как вернуть вас к нормальной жизни? Вылечить окончательно!
Белов задумался. Это был тот самый вопрос, над которым он ломал голову все последнее время. Как ему теперь жить, и нужно ли жить вообще?
– Если ты имеешь в виду дырки от пуль, то они уже практически зажили, – заметил он.
Федя энергично затряс головой.
– Нет, я имею в виду совсем другое. Вы ехали по жизни на огромной скорости. У вас, Сережа, была цель, были средства. Друзья были, да и семья наверняка тоже была. И вдруг со всего разгона – бац! Вы врезались на полном ходу в бетонный столб. В результате – полное фиаско. Вы ведь не случайно остались здесь, с нами? Отныне нет ничего – ни цели в жизни, ни семьи, ни друзей. Это сокрушительный удар, не все после такого могут подняться.
