23
0– Тебе кто разрешил на нашей поляне своими делишками заниматься? Кто разрешил, я спрашиваю? – Сохатый чувствительно встряхнул армянина и вытащил из кармана пистолет.
– Никто… – прошелестел еле живой от страха Сурен. – Я не знал… Я думал, что…
– Ах, ты думал? – задрал брови Сохатый. – Хреново ты думал, жопа!
А теперь вот я должен думать – что с тобой делать. То ли подвесить за яйца в этом вот твоем сарае, то ли рискнуть и дать возможность исправиться, а?
– Исправиться, дорогой… – прохрипел Сурен, прижав руки к груди. – Мамой прошу – дай исправиться… Я все понял, я…
Сохатый вздохнул.
– Твое счастье, баклан, что душа у меня добрая, отходчивая. И доверчив я как этот… Но учти: раз обманешь – больше толковать с тобой не буду, враз голову отверну! – амбал отпустил ворот Сурена и спрятал пистолет.
Хозяин автосервиса опустил голову и всхлипнул.
– Значит так… – Сохатый ткнул твердым, как кусок арматуры, пальцем в грудь армянина. – Работай как работал и больше никого не бойся. Ты теперь наш, и в обиду мы тебя не дадим. Ну а навар – по-братски: половину тебе, половину нам. А чтоб тебе полегче было, на первых порах приглядит за тобой наш человек…
Сохатый повернулся к своим и поманил Космоса.
– Вот этот пацан, зовут его Космосом… Расскажешь ему все, кому товар сдаешь, почем… Ну, в общем, все дела…
Космос оторопел. То, что его ставят смотрящим над бывшим хозяином Пчелы, стало для него полнейшей неожиданностью. Не знал он, понятно, и того, что идея такого назначения принадлежала Валентину Сергеевичу.
Сохатый снова ткнул пальцем в грудь повесившего голову Сурена.
– Эй, ты что, уснул?
– А? – встрепенулся он. – Нет, я все понял. Это Космос, он будет со мной работать, я все понял…
– Ну вот и молодец, – усмехнулся Сохатый.
Он двинулся к машинам, за ним потянулась вся бригада.
В машине Сохатый повернулся к Пчеле:
– Да, чуть не забыл – твои бабки… Держи.
В руках у Сохатого были деньги Сурена. «Не меньше штуки», – мгновенно прикинул Пчела. Он уже потянулся к деньгам, но вдруг остановился и покачал головой:
– Не нужно. Лучше… – он замялся. -Что?
– Лучше возьмите меня к себе, – замирая от собственной наглости, выдохнул Пчела.
Сохатый с интересом взглянул на парня.
XXXI
Саша с Фарой сидели в секрете. Для деятельной натуры Белова этот вид службы был самым тяжелым. Сидишь, как пенек, – ни тебе пошевелиться лишний раз, ни покурить, ни поболтать. То ли дело в дозоре! Поль, новая собака Белова, тоже изнывал от скуки – лежал, положив голову на скрещенные лапы, и смотрел тусклым, неподвижным взглядом прямо перед собой.
