23
0«Ну, слава богу, – отлегло у него от сердца, – с такими-то как-нибудь справлюсь!»
– Чего тебе, мужик? – равнодушно спросил его один из алкашей.
Белов даже не взглянул в его сторону. Он шагнул к длинноволосому, в черной футболке парню и ледяным тоном отчеканил:
– Бакен, разговор есть. Отойдем?
– Что за дела? – вяло возмутилась компания. – Ты кто такой, вообще?
– Ша, пацаны! – прикрикнул Бакен и с комичной важностью пьяного кивнул Саше: – Говори…
– Я – Белов. Александр Белов, – Саша говорил это Бакену и только ему, не сводя с него презрительно прищуренных глаз.
Собутыльники снова зашумели, и опять Бакен остановил их все тем же:
– Ша, пацаны!
Он поднялся и не спеша, вразвалочку, приблизился к Белову.
– Так вот, значит, кто теперь Ленку тискает! – нагло усмехнулся он, обнажив гнилые зубы. – Ну, пойдем, козел, побазарим…
«Шваль!» – сдерживая ярость, подумал Саша.
Бакен сделал несколько шагов в сторону и вдруг резко развернулся навстречу Саше.
– А ну, козел, давай-ка позырим, какого цвета у тебя кровушка! – грозно прохрипел он в хмельном кураже.
Белов пристально взглянул на врага. Бакена слегка пошатывало, а нож в его руке и вовсе ходил ходуном. Саша поднял руки, словно сдаваясь, и сделал осторожный шаг навстречу противнику. Бакен самодовольно ухмылялся, он чувствовал полное свое превосходство.
В следующее мгновение Саша левой рукой резко отбросил в сторону выставленный кулак с ножом, а правой, всем корпусом подавшись вперед, в точности, как учил Фил, со всей мощи въехал кулаком в ненавистную рожу Бакена! Тот хрюкнул и, раскинув руки, плашмя рухнул на спину.
Мгновенно поняв это, Белов юлой развернулся к остолбеневшим собутыльникам и грозно взревел:
– А ну, кому тут еще?
Двое, начавшие было приподниматься, тут же опустились на блоки. Стало тихо-тихо…
Белов поднял оброненный Бакеном нож, вставил лезвие в щель меж бетонных гаражных плит и всем телом навалился на рукоятку."
"– Дзынь! – с мелодичным звоном сломалась каленая сталь.
От лезвия остался куцый, не больше сантиметра длиной, кусок. Сломанный нож Саша бросил на живот неподвижного Бакена и повернулся к притихшим алкашам.
– Когда прочухается, передайте: в следующий раз убью! Запомнили? – внушительно произнес он и, не дожидаясь ответа, быстро зашагал прочь.
XII
Сразу после выпускного Космос угодил под домашний арест. Отец пожертвовал своим летним отпуском, чтобы самолично подготовить разгильдяя-сына к поступлению в Университет.
