23
0
– Прикиньте, пацаны, какой цветник, – хвастался он, – гимнастки, фигуристки, пловчихи!
– Да брось ты, Фил, – уговаривал его Пчела. – Какой там на хрен цветник – все страшные, небось, как лошади! Айда лучше с нами, а телку мы тебе найдем!
– Нет, поеду, – поднялся Фил.
– Ну, смотри…
Прощаясь, Саша задержал его руку.
– Слышь, Фил, будет скучно – приходи ночью на смотровую, мы, наверное, где-нибудь там будем.
– Лады.
Фил ушел, а чуть погодя, допив-таки виски, беседку покинули и остальные.
В зале школьной столовой было накрыто четыре длинных стола – для каждого из выпускных классов.
Столпившихся у входа в столовую виновников торжества сдерживала Варвара. Истомленные ожиданием, многие уже изрядно «подогретые», они толкались, дурачились, бузили, подкалывали друг дружку. Учительница, с усталой улыбкой наблюдавшая за этой возней, с укоризной покачала головой:
– Вот с виду – солидные молодые люди, а ведете себя как… как щенки несмышленые!
– Мы не щенки! – с обидой выкрикнул Космос, лихо запрыгнув на спину Белову.
Пчела с ехидцей улыбнулся:
– А вы, Варвара Никитична, наша Акела…
Учительница так и не успела понять: был ли это комплимент или совсем наоборот. В этот момент из столовой грянула бравурная музыка, Варвара отступила в сторону, и шумная ватага выпускников ринулась в столовую. Минута – и все места за столами были заняты.
Но и здесь не обошлось без речей. Сперва опять говорил директор – его тост за светлое будущее выпускников весьма напоминал выступление на совещании в РОНО (к счастью, недолгое).
Потом слово взяла какая-то тетка из родительского комитета – с благодарностью замечательным учителям. Их почти не слушали, но пили охотно, до дна.
Шампанское, смешавшись с еще не усвоенным толком виски, ударило в голову.
После родительницы к микрофонам с бокалами в руках вышли Валька Сорокин из «Б» и какая-то смутно знакомая девчонка в голубом платье. Немного стесняясь, они по очереди начали читать стихи.
