23
0
В цеху, на длинном металлическом столе, были разложены образцы едва ли не всей продукции мясокомбината – от сверхдефицитной буженины до обычной «докторской» по два двадцать. Есть ее можно было сколько влезет, не разрешалось только ничего уносить с собой. Рядом с яствами лежала разделочная доска и длинный, источенный до узости скальпеля, нож.
Фил отрезал ломоть буженины в палец толщиной и, откусив сразу половину, принялся с отстраненно-задум-чивым видом жевать мясо. Следующим ножик взял Саша.
Отрезал себе ветчины попостнее и протянул нож Космосу.
– На хер! – мрачно качнул головой тот.
Белов протянул нож Пчеле. Тот, устроившись на корточках у ножки стола, только молча фыркнул.
Ветчина была свежей и очень вкусной, но, съев всего один ломтик, Саша понял, что больше ему не осилить. Не потому, что насытился – просто оказалось, что без хлеба мясо не лезло в глотку. Фил тоже ограничился одним куском. Потоптавшись еще пару минут у стола, друзья потянулись к выходу.
Первым шел Космос. Он шагнул с пандуса на платформу, повернул к вагону и вдруг, кинувшись вперед, яростно заорал:
– Ах ты, сука! Ты что ж, гад, делаешь?
За ним тут же бросились Фил с Сашей, они успели разглядеть причину негодования друга.
Бригада, занимавшаяся разгрузкой второй половины вагона, воспользовалась отлучкой соседей и в темпе перекатывала мясные «таблетки» со своей на их территорию!"
"Космос с ходу врезал первому попавшемуся под руку диверсанту. На него сзади сразу навалился другой, но подоспевшие Фил с Беловым отшвырнули хлипкого мужичонку, как щенка. Драка, не успев толком завязаться, угасла, зато ругань началась такая, что на шум сбежались почти все ночные грузчики.
К его чести, он быстро разобрался в сути конфликта. Впрочем, сделать это было, видимо, нетрудно: с одной стороны были пылающие праведным гневом похожие на студентов молодые ребята, с другой – растерянные и слегка испуганные поднятым шумом одутловатые и небритые полубродяги, полуалкаши.
– Сколько они перекинули? – спросил сухопарый у Белова.
Саша повернулся к брикетам, пытаясь на глазок оценить масштаб диверсии, но его опередил Космос.
– «Таблеток» сорок, не меньше! – с возмущением выпалил он (на самом деле их вряд ли было больше десятка).
– Вернуть! – коротко приказал дядечка и веско добавил: – Иначе не заплачу ни копейки.
Проштрафившаяся бригада попыталась возразить, но слушать их уже было некому – покончив с конфликтом, сухопарый стремительно удалился к себе.
Эта эмоциональная встряска плюс нежданная «помощь» вероломных соседей словно придала друзьям второе дыхание. Работа снова, что называется, пошла, и к шести часам утра с разгрузкой было покончено.
