Бригада (1-16)

По его просьбе Кабан телефонировал в Вену Кирпичу и, отрекомендовав Сашу наилучшим образом, устроил ему «высочайшую аудиенцию» для обсуждения текущих дел…

Саша позвонил Кирпичу, едва войдя в номер и бросив в угол не распакованные вещи. Он, как всегда в решающие моменты, почувствовал кураж, и его просто распирало от желания взять быка-Панарина за рога… Или потрогать за вымя?

– Петр Семенович? Здравствуйте. Александр Белов беспокоит. Вам звонили?

– Здравствуй. Звонили, звонили. Что у тебя ко мне? – голос у Панарина был скрипучий, как определил для себя Саша – кирпичный.

– Встретиться бы надо.

– И где ты предлагаешь?

– Ну, здесь ваша территория. Я пока ничего не знаю.

– Ладно, возьмешь такси, скажешь… Запиши, а то не запомнишь: «Ресторант Владимир Бюргер шпиталгассе». Домашняя русская кухня. Я со своими предпочитаю под водку с селедочкой беседовать. А настоящей русской водки, да тем более, селедки, здесь нигде больше нет. Встречаемся через два часа. Хватит на акклиматизацию? Ты ж утренним рейсом прилетал?

– Буду, – коротко ответил Саша, и подумал: «Хитрый черт.

Все вычислил. Надо было часок выждать со звонком. И в ресторане, поди, все схвачено. Ну да ничего, стерпится-слюбится…»

Душ он сначала пустил такой холодный, что даже сердце слегка перехватило. Волнуется он, что ли? Еще не хватало. «Я честный бизнесмен. Гоню металл. Я честный бизнесмен. Чест-ный биз-нес-мен», – твердил рэпом-речитативом Саша. Он повторил это столько раз, что даже сам поверил. А поверив, повернул красную рукоятку – позволив душу потеплеть.

Честный чистый бизнесмен, стоя перед зеркалом в одних трусах, гладко зачесал мокрые волосы, пристально посмотрел в собственные глаза.

И остался доволен – эти глаза не умели лгать. Им нечего было скрывать. Они были ясны, как небо в летний полдень. Глаза пионера перед присягой. Честный, блин, бизнесмен! Прямо шахматист-гроссмейстер перед решающей партией. Приз на кону – всего-навсего жизнь. Саша подмигнул своему отражению.

В дверь постучали.

– Войдите! Открыто! – крикнул он по-русски. И вправду, чего ему запираться, честному-то бизнесмену? Дверь открывалась так медленно, что Саша чуть было не вышел из образа.

Слава богу, не успел. Девушка-горничная прикатила ему на столике завтрак. Судя по времени – второй. У девушки была смешно вздернутая верхняя губка с крошечной родинкой ровно посередине. Он пальцем показал ей, куда поставить пиццу. Девушка послушно оставила там столик и вышла, стараясь не поднимать глаз.

«Что это она нос воротит? Русских, что ли, боится?», – удивился Саша и только тут понял, что вышел в одних трусах.

У него было странное состояние.