23
0– Какой плен, на хрен?! Тоже мне, жертва войны…
Пчела, расставляя на столике бокалы, мельком взглянул через его плечо и фыркнул возмущенно:
– Гонит, блин, как Троцкий…
Он достал из холодильника бутылку шампанского и, занявшись пробкой, продолжил:
– Я Ваху попросил – он все про него выяснил. После той мясорубки на станции его люди Тари-эла пригрели, так он, сука, тут же к трубе присосался. Потом завязался с турками, получал подряды строительные на восстановление. Короче, хапнул по полной программе!..
Белов процедил сквозь зубы:
– Живучий, черт!..
– Да слить его, падлу, втемную – и все дела, – решительно предложил Пчела.
– Нельзя, – покачал головой Белый. – У него покрышка федеральная.
– Да ты что!.. – Пчела, разливая шампанское по бокалам, изумленно замер и озадаченно спросил: – А как же ты тогда собрался у него выборы выигрывать?
Саша пожал плечами:
– Молча."
"В палату вошел Космос. В руках у него был букет белых роз и кувшин с водой. Он опустил кувшин на тумбочку у кровати Фила, поставил цветы в воду, аккуратно и бережно их расправил.
– И давно он под федералами? – спросил Сашу Пчела.
– Года три как минимум…
– Эй, ну ладно вам… – обернулся к ним Космос. – Хватит о делах, а? Мы к Филу приехали или как?
– Кос, не грузи… – буркнул Пчела, рассматривая газету.
Хмуро взглянув в его сторону, Космос осторожно присел на краешек кровати, склонился к Филу и прислушался. Глядя на него, друзья взяли бокалы и тоже подошли к постели. Все трое молчали.
Перед ними лежал их друг – неподвижный, мертвенно-бледный, с исхудавшими, ввалившимися щеками. Половину его лица скрывала маска аппарата искусственного дыхания, по экрану осциллографа бежали ровные цепочки импульсов системы жизнеобеспечения.
– Что он там видит? – вдруг тихо и задумчиво произнес Космос. – Он же сейчас по ту сторону жизни… Там, наверно, темно, страшно, вы только прикиньте…
Вздохнув, Саша поднял бокал с шампанским.
– Давайте, братья, за Валерку. Чтобы он выкарабкался.
Ребята тоже подняли свои бокалы.
– И за твою победу, Сань, – добавил Пчела.
– Нет, – возразил Космос. Он встал и, чуть замявшись, предложил: – Давайте за то, чтоб мы все вместе держались.
– Правильно, – почти синхронно кивнули Пчела с Беловым.
Они сдвинули бокалы. Но выпить друзья не успели – у изголовья постели Фила раздался тонкий и пронзительный писк. Его издавала медицинская аппаратура, а ровные цепочки импульсов на мониторе сменились беспорядочными всплесками.
– Так, это что такое? – насторожился Саша.
– Не понял… – озадаченно пробормотал Космос. – Что за ерунда?
Взгляды всех троих были прикованы к свистопляске приборов, и никто поэтому не обратил внимания, как едва заметно дрогнули веки Фила.
