Бригада (1-16)

Володя вышел на балкон, прикрыв за собою дверь. Через несколько секунд он снова вернулся в здание аэропорта. Еще более тщательно закрыл за собою створки дверей и перекрыл проход, пододвинув к ним урну. Затем Каверин неторопливо огляделся – его взгляд был совершенно спокоен, а на губах играла умиротворенная улыбка. Убедившись, что все тихо, он направился к стойке регистрации.

А на балконе, с ножевой раной в печени, остался лежать тот самый хамоватый парень – несчастный козел отпущения.

XXIX

Космосу и в самом деле невероятно повезло. Его «Мерседес» влетел под мусороуборочный «КамАЗ» так, что извлекать бедолагу из покореженной машины пришлось с помощью автогена.

Все время, пока спасатели колдовали над обломками «мерса», Космос яростно матерился. Медики говорили – болевой шок, возможны серьезные повреждения внутренних органов. Но когда пострадавшего доставили в больницу и толком осмотрели, врачам пришлось немало удивиться. Выяснилось, что если не считать многочисленных ушибов и порезов, все ограничилось всего лишь тремя переломами – предплечья, ключицы и голени.

Космосу наложили гипс, вкололи успокаивающего и отдали примчавшемуся в «Склиф» Юрию Ростиславовичу: заполучить сына членкору помогли старые «академические» связи.

Отпуская пострадавшего, врачи, понятное дело, прописали ему строгий постельный режим.

Однако, оказавшись дома, Космос и не подумал ложиться. Его нещадно ломало после вчерашнего, болели раны и ушибы, но к коксу он прикасаться не стал. Единственное, что он себе позволил, – это немного пива. Космос ждал Белова. Он предполагал, что, узнав об аварии, друзья будут его искать. Ни Фила, ни, уж тем более, Пчелу, ему видеть не хотелось совершенно, а вот с Белым Космос бы поговорил.

Слишком много недосказанного накопилось между ними в последнее время.

Космос попросил отца не пускать к нему никого кроме Саши и устроился с пивом за столом гостиной.

Звонок в дверь прозвучал, когда Космос допивал вторую бутылку.

– Пап, открой! – крикнул он. – Помнишь? Меня нет…

Шаркая шлепанцами, Холмогоров-старший прошел в прихожую. Космос прислушался. Сначала лязгнул замок входной двери, потом отец сказал кому-то: «Не снимай…». Через секунду Юрий Ростиславович заглянул к сыну и коротко сообщил:

– Саша приехал.

Космос промолчал. В гостиную мимо Юрия Ростиславовича прошел Саша. Он обогнул стол, встал у окна и, опершись о подоконник, выжидательно посмотрел на неподвижного Космоса.

– Саш, пиво будешь? – предложил Холмогоров-старший.

Белов не ответил. Юрий Ростиславович покрутил в руках бутылку с пивом, которую он прихватил из кухни, и, поставив ее на стол, неловко пробормотал:

– Ну, вы тут поговорите, а я пойду, новости посмотрю…

Саша рассеянно кивнул.