14
0У миксера заело крышку, и это оказалось последней каплей – Оля отшвырнула его и, грохнув по столешнице кулаком, воскликнула в сердцах:
– Все, Кать, никаких моих сил больше нет – ни женских, ни, блин, общечеловеческих!
Катя, конечно, заметила, что с Ольгой творится что-то неладное. Она тут же с ворчанием отодвинула ее в сторонку:
– Успокойся, все! Оставь, током еще стукнет. Что с тобой вообще происходит?!
Оля отошла к темному окну и, сдерживая из последних сил закипающее раздражение, вполголоса сообщила:
– Короче, я написала заявление на развод.
– Глупость какая! – фыркнула Катя, закуривая.
– Глупость?! – мгновенно взвилась Ольга. – А ты послушай. Я живу с ним четыре года, так?! Мы познакомились, когда его ловила милиция, в день свадьбы я чуть не наступила на гранату… Ты не смейся, ничего смешного нет! Когда я рожала, он сидел в тюрьме – мне потом Томка Филатова все рассказала. Он потом клялся: все, любимая, соскакиваю, все для сына сделаю. И что, Кать?! – она обратила на гостью глаза, пылавшие праведным гневом. – Неделю назад его чуть не убили у меня на глазах! Все, не могу больше!!
– Оль, успокойся, ты Ваньку разбудишь, – постаралась урезонить ее Катя.
Оля плюхнулась за стол и потянулась к початой бутылке ирландского ликера. Руки ее заметно дрожали и, разливая густую жидкость, она пролила несколько капель на скатерть.
– А как мне прикажешь реагировать? Я что, Джейн Эйр?! – продолжала возмущаться она. – У нас полон дом холодного оружия, сабли какие-то, томагавки… Я вчера в комнату захожу, а у меня ребенок оптическим прицелом играет! Но я – баба, а не боевой конь! Я закончила консерваторию, у меня богатая внутренняя жизнь! И вообще, не трогай меня, я истеричка! – голос Ольги сорвался на крик.
Шмыгнув носом, она залпом выпила рюмку и подняла на Катю глаза.
– Я подозреваю, что он убивал людей, – вдруг мрачно призналась Ольга.
Затушив сигарету, Катя растерянно опустилась на стул напротив нее.
– Я не знаю, Оль, что тебе сказать. Все это так, да… – задумчиво произнесла она после паузы. – Но с другой стороны… Он твой муж, он отец твоего ребенка, с ним ты как за каменной стеной была, забот не знала…
– Кать…"
"– Что «Кать»?! Ты послушай меня и не перебивай! – прикрикнула она.
Ольга подавленно молчала. Катя взяла пузатую бутылку и налила еще – ей и себе.
– Развод, не развод – это тебе решать, конечно. Но только не сейчас, – вдруг взмолилась она. – Ну дай ты ему из ямы выбраться, худо ему сейчас – покушение это, Таню мы похоронили…
Оля вдруг громко всхлипнула.
– Жалко дурака…
– И мне жалко, – согласилась Катя.
– Все равно люблю ведь… – по щекам Оли покатились крупные слезы.
