7
0— Саша показывал его за обедом. Ты не видела, потому что спала.
— Стоп! — внезапно сказала Лайза. Все замолчали и посмотрели на нее. — Я не видела этот нож. Я ничего о нем не знала. Версию, что Саша, воспользовавшись этим ножом, убил человека, мы отметаем. Стало быть, остаются четверо: вы, Станислав Маркович, Витек, Федор и Любочка.
— В каком смысле — остаются? — не понял Федор.
— В том смысле, — твердо сказала Лайза, упирая на каждое слово, — что ножи, насколько мне известно, сами по воздуху не летают. Где он лежал?
До Витька только теперь дошло, что она имела в виду. Он залился краской, потом сразу же побледнел. На лбу крупными каплями выступил пот.
— Нож лежал в сейфе, — еле слышно сказал Злобин."
"— Кто знал, где находится ключ от сейфа? — продолжала Лайза.
— Все, — ответил ей Ватсон. — У нас там нет ничего ценного, поэтому ключ лежал в ящике письменного стола.
— Значит, любой из вас, — сказала Лайза, — мог взять нож и передать его убийце. Либо — и эту возможность я тоже не исключаю — сам убил несчастного Кондрашова. Ведь так?
— Ну-у-у… — замялся Ватсон.
— Матушка! — всплеснув руками, воскликнул Федор.
Витек потупился. Любочка молчала.
— Один из вас, — Лайза роняла слова, как тяжелые камни, — предатель и убийца. По его вине чуть было не погиб близкий мне человек. Самый близкий. Отец моих детей. И это меня злит. Хуже того, это приводит меня в бешенство. Пусть лучше этот человек признается сразу. В противном случае я за себя не ручаюсь.
Она ни разу не повысила голос, но в ее интонации и лице было столько пугающего, что все невольно замолчали. Такой Лайзу еще никто не видел. Волчица, защищающая свой выводок, рядом с ней выглядела бы очаровательной болонкой, норовящей лизнуть руку.
С улицы через разбитые и распахнутые двери центрального зала донеслось шуршание шин по гравийной дорожке.
Витек дернулся было посмотреть, кто это еще к ним пожаловал, но Лайза сказала:
— Всем оставаться на местах! — И он не смог ослушаться.
Лайза поднялась и вышла на крыльцо. Из подъехавшего такси вышли двое — мужчина, и женщина. Мужчину она знала — это был Шмидт. А женщина была ей знакома по немногочисленным фотографиям, сохранившимся в альбоме Белова, — Ольга, его первая жена.
Лайза хотела спуститься с крыльца навстречу гостям, но перед глазами вдруг все закружилось и поплыло. Нестерпимая режущая боль полоснула внизу живота и разлилась по всему телу, накрыв плечи, словно теплым колючим одеялом.
Лайза прижала руки к животу; взгляд ее упал на доски крыльца. Между домашних шлепанцев, в которые она была обута (штурмовая группа застала ее в ночной сорочке и шлепанцах), упало темно-красное пятно размером с крупную монету. Раздался еле слышный звук — еще одно пятно появилось на полу. Затем еще и еще.
