7
0Витек, не успев вовремя затормозить, уткнулся ему в спину.
— О чем ты говоришь? Мы расстались каких-нибудь три часа назад, и я ума не приложу, что случилось!
Князь усмехнулся.
— Ты хочешь, чтобы я тебе поверил? Напрасно. Я привык верить в то, что вижу. А слова — это пустой звук.
— Последний раз говорю — откройте! — произнес голос. Затем он замолчал. Через секунду мощный удар потряс дубовую дверь, но засов выдержал первый натиск.
— Тебя возьмут, Белый, — удовлетворенно сказал Князь. — Если не будешь дергаться, то уцелеешь, и тебя доставят в КПЗ. Но я ручаюсь, что ты не выйдешь оттуда живым. На Камчатке будет другой губернатор. Все, что ты скажешь, больше не имеет значения.
Белов был ошеломлен этим заявлением. Он не ожидал удара в спину. Оказывается, все уже решено, и выхода нет.
Его подставили. Но, в отличие от столичного иезуитства, здесь действовали прямо и грубо. Саша оказался между молотом и наковальней: с одной стороны — спецназ, с другой — Князь. Либо пуля от бойцов, либо — удавка от сокамерников.
Белов вдруг стал спокойным, мысли потекли размеренно и ясно. Так всегда с ним бывало в критические моменты, и благодаря этому умению он выкручивался из самых безнадежных ситуаций.
— Хорошо. Пусть так, — сказал он, не обращая внимания на трещавшую дверь. — Но если ничего уже не имеет значения, скажи хотя бы, в чем меня обвиняют?
Князь помолчал. Потом, видимо, решил, что хуже уже не будет.
— Час назад, — сказал он, чеканя каждое слово, — неподалеку от митрофановского особняка нашли Витю. Его убили и забрали карту.
В голосе Князя звучала с трудом скрываемая боль, и Белов удивился, как он сразу этого не заметил.
— Соболезную, — сказал Саша. — Но с чего ты взял, что я к этому причастен?
— Его убили тем самым ножом, — ответил Князь. — А на нем — только твои отпечатки. Как ты это можешь объяснить?
Дверь, ведущая с улицы в центральный зал, дрогнула и подалась. Белов увидел, как огромная кувалда, выломав кусок толстой дубовой доски, застряла в образовавшейся дыре. Медлить было нельзя.
Саша сорвался с места и бросился к сейфу. В ящике письменного стола он нащупал ключ, оглядываясь на вход, быстро открыл дверцу железного ящика и… замер.
Сейф был пустым.
Внезапно он понял все. Кто-то (а кто это еще мог быть, если не Зорин?) решил пойти ва-банк. Единственной целью ставилось физическое уничтожение Белова — под любым предлогом.
Отпечатки пальцев на рукояти ножа лишь повод — для милиции и Князя. Если бы у Саши были в запасе хотя бы несколько часов, то можно было бы все выяснить, во всем разобраться, но штука в том и заключалась, что Белов не располагал ни минутой.
Спецназовцам был отдан приказ стрелять на поражение; а реакцию обезумевшего от горя Князя предсказать было нетрудно.
