7
0Вы все сделаете сами: ни я, ни Саша, — он показал на Князя, — в тайгу не пойдем. Вы понимаете, почему.
— Виталий! — вмешался Князь. — Ну ты что? Это ведь как-то…
— Это мое условие, — упрямо повторил Кондрашов, и авторитет был вынужден согласиться.
Князь пожал плечами.
— Могу дать тебе своих ребят, — предложил он Белову.
— Спасибо, думаю, мы справимся. Итак…
— Я принесу карту сегодня же вечером, — сказал Кондрашов. — И сделаю все необходимые пояснения.
— Отлично! — обрадовался Белов. — А я…
Мобильный Князя вдруг зазвонил. Авторитет извинился и, прикрывая трубку рукой, несколько раз сказал короткое «да».
Затем он встал из-за стола.
— Ну что же? Я должен идти. Дела. Спасибо вам, а больше всех — тебе, бородатый, — обратился он к Лукину.
Федор залился краской смущения.
— Вы, это… Александр Семенович… За рубашку-то не сильно на меня сердитесь?
Князь расхохотался.
— Да Господь с тобой! Какая рубашка? Тряпка, и все. Зато у меня теперь есть брат. Подумать только — всю жизнь прожить рядом и не знать друг о друге. А? Ведь это — не Москва, город-то у нас небольшой. Разве не удивительно?
— Ничего удивительного, — мягко заметил Кондрашов. — У нас был разный круг общения.
Все замолчали, ожидая реакции Князя. Он не рассердился — только погрустнел и вдруг сказал:
— Нечего на зеркало пенять, коли рожа крива… Честно говоря, не хотелось бы мне быть похожим на прадеда. Неприятный тип. Ну да ладно, о покойниках либо хорошо, либо ничего. Поэтому я лучше помолчу. Пока, ребята! До вечера! — и, обращаясь к Кондрашову, добавил: — Витя, тебя подвезти?
Кондрашов засуетился и тоже стал собираться.
— Да-да, мне пора. Я, пожалуй, пойду. Значит, Александр Николаевич… Все остается в силе. До вечера.
Братья (по прикидкам Белова выходило, что — четвероюродные, хотя он мог и ошибаться) вышли на крыльцо и сели в машину. Двигатель загудел, и джип, разбрасывая широкими шинами гравий, сорвался с места.
Следом за ним поехала машина сопровождения.
Белов, Ватсон, Лукин и Витек стояли на крыльце, взглядом провожая кортеж Князя.
— Саша! — сказал Ватсон. — Помнишь, раньше говорили: «Сын за отца не отвечает»?
— Да, было такое.
— А ведь этим двум до сих пор приходится отвечать за то, что сотворил их прадед. По-твоему, это справедливо?
— Кто знает, что такое справедливость? — отвечал Белов. — Это решаем не мы. По крайней мере, я знаю одно. Жить надо так, чтобы детям не пришлось отдуваться за твои ошибки.
— Хорошо сказал! — похвалил его Ватсон. — Пойдем-ка, выпьем за это.
Они вернулись в центральный зал и сели за стол. Налили водки и выпили. Затем Ватсон спросил, показывая на кусочек метеорита, вделанный в рукоять ножа:
— Саня, а почему он светится? Это не опасно?
Белов покачал головой.
— Сначала я тоже думал, что дело в радиоактивности.
