8
0
Ну и, в-третьих, после того, как нарты выйдут из поворота на прямую, надо будет податься вперед и лечь на живот; тогда вся тяжесть тела придется на переднюю часть полозьев, и они будут легче скользить.
— И не жалеть олешка, однако, — добавил Тергувье.
Олени в тундре — расходный материал. Мясо, шкура и средство передвижения. Даже не автомобиль — с автомобилем уместнее сравнить целый табун, — а просто литры бензина.
Хотя… И из этого правила бывают исключения. Наглядный пример — Сэрту. Он был единственный, кому Павел дал кличку; остальные оставались безымянными «олешками».
Белов кивнул, но про себя решил, что жалеть Сэрту будет. Все-таки не свой, а взятый напрокат. Серебряный портсигар и бейсболка какого-то идиота, травящего себя «дурью», — слишком незначительная цена за жизнь оленя. Даже если его хозяин так не считает.
Саша подошел к оленю, погладил по морде. Его поразили глаза Сэрту — умные и печальные; почему-то сразу вспомнился Федор.
Белов рассмеялся, олень пугливо отпрянул от человека.
— Извини, друг, но у меня нет даже морковки. Обещаю, что в следующий раз обязательно привезу тебе целый мешок.
Александр вернулся к стартовой черте и спросил у Тергувье:
— Что означает «Сэрту»?
Павел задумался, стараясь поточнее перевести на русский.
— «Огонь падай небо», — после долгого размышления выдал он.
Белов так ничего и не понял: что именно должно было падать — огонь или небо? Но для дальнейших расспросов времени не оставалось. К погонщикам подошел высокий худой старец с волосами, как шкура у Сэрту, — такими же густыми и белыми. Это был дедушка Они.
Он обвел неторопливым взглядом стартовую шеренгу и задержался на Белове.
Дедушка Они погрозил ему пальцем и широко улыбнулся, обнажив десны, розовые и беззубые, как у младенца. Потом он стал серьезным и поднял левую руку.
Тергувье толкнул Белова в спину:
— Твоя хорей иди! Клади на нога!
Белов увидел, что остальные погонщики уже стоят рядом с нартами, готовые по сигналу подбросить носком ноги длинный шест. Он сделал то же самое.
Армейские ботинки не шли ни в какое сравнение с легкими и удобными торбасами, но выбирать не приходилось. Саша слегка поддел хорей и согнул ногу в лодыжке.
Дедушка Они дождался когда мельгитанин будет готов, и одобрительно кивнул. Он смотрел только на Белова, а Белов, не отрываясь, следил за дедушкой Они.
Старец сложил большой и указательный пальцы в колечко, сунул в рот и свистнул лихим разбойничьим посвистом.
Теперь Белов ни на что больше не отвлекался. Он видел только цель — священный столб, стоявший вдали. Ветер чуткими пальцами перебирал разноцветные ленты; возле столба стоял шаман в уборе из головы моржа.
