14
0«Похищение Европы», правильно?
— Угу…
— И если я не найду ее в художественных салонах, то ограблю Третьяковку. Вот что я сделаю. Смотри телевизор. Сам все узнаешь — из новостей.
Друзья рассмеялись. Белов ни на минуту не сомневался, что так оно и будет. Шмидт на все способен, сорвиголова… Что с него возьмешь?
IIIМашина выехала за ворота аэропорта и помчалась по разбитому шоссе к городу. С непривычки Злобину было непросто управлять автомобилем с правым рулем; он-то как раз предлагал привезти транспортным рейсом тот черный «лексус», которым Белов пользовался в Красносибирске.
Но Лайза настояла на том, чтобы машина была местная, и обязательно с правым рулем. Она сказала, что не стоит противопоставлять себя народу, когда весь Дальний Восток, Камчатка и Сахалин ездят на чистокровных «японках»». И Белов не мог с ней не согласиться, потому что Лайза продумывала каждую мелочь и постоянно просчитывала реакцию избирателей.
Белов задумался. Недавние воспоминания промелькнули перед мысленным взором Александра за какую-то долю секунды. Он улыбнулся, представив Шмидта, тихонько водружающего репродукцию «Похищения Европы» на гвоздик, где раньше висело зеркало. И нахмурился, вспомнив вопрос репортера: «Правда ли, что вы бросили супругу, когда узнали о ее алкогольной зависимости?»
Острый вопрос, как удар под дых, заданный по всем правилам грязной журналистики. Белов чувствовал себя так, словно наступил в большую кучу дерьма; любые попытки выбраться из нее оборачивались дополнительным риском испачкаться. При всем при том репортер выглядел бесстрастным: этакий поборник справедливости, стремящийся рассказать доверчивым избирателям о подлинном моральном облике кандидата в губернаторы.
— Убить гада мало, — сказал Белов вслух.
Витек, как всегда, проявил интуицию, угадав, кого имел в виду его шеф.
— Саш, — Злобин посмотрел на Белова в зеркало заднего вида, — откуда он только взялся, этот журналюга? Я его точно не знаю. У него даже не было аккредитации. Голову даю на отсечение, он не из местных.
— Да ладно… — Белов махнул рукой.
— Шеф, давай, я ему ноги выдерну! — кипятился Витек.
— Прекрати эти разговоры и забудь свои босяцкие привычки, — ответила за Белова Лайза. — Смотри лучше за дорогой.
— Ну, хотя бы одну? — робко попросил Витек.
Белов вздохнул — как объяснить этому человеку, что после драки поздно махать кулаками? Выдернет он журналисту одну ногу или две — вряд ли это хоть что-нибудь исправит.
— Это зоринский киллер, — размышлял вслух Александр. — Школа Виктора Петровича. Пуля убивает человека, а слово — и человека, и его доброе имя. Но меня сейчас гораздо больше беспокоит другое: откуда он мог узнать про Ольгу?
Повисла долгая пауза.
