14
0
Один лежал лицом в воде, его мертвая рука все еще сжимала в кармане рукоятку пистолета, который он так и не успел вытащить.
Далер остался на суше. Уткнувшись лицом в землю, он будто бы подложил руку под голову. Вроде как лег отдохнуть. Навеки. Спи спокойно, дорогой товарищ! Пусть тебе приснятся деньги. Не твои. Чужие…
Операция завершилась. Со счетом четыре:ноль. Всухую…
* * * * *Коляски стояли рядами. Прямо целая автоколонна. Всех цветов радуги и не радуги, разнообразнейших размеров и форм. Глаза разбегались. Голова слегка кружилась от механических сладких мелодий, которые вызванивала какая-то навороченная колясища с пестрым пышным балдахином.
– Нет, это какие-то аляповатые. – Оля напрочь отвергла балдахиновый вариант и потянула мужа, застрявшего у маленьких машинок: – Идем дальше! И вообще, нам не нужна прогулочная.
– А вот, смотри! Как «харлей-дэвидсон»! – неугомонный Белов все-таки вытащил из стройной линии маленькую коляску и, жужжа, лихо прокатил ее мимо жены.
– Саш, ну нам же не мотоцикл нужен. – Оля укоризненно посмотрела на него. Какой же все-таки Сашка несерьезный! А ведь правильно выбрать коляску – это очень важно.
– Вот эта ничего, по-моему. – Она, кажется, нашла удобную по форме и приятного цвета. Покатав ее взад-вперед, Оля убедилась – на ходу машина. – А, Саш? Как ты считаешь?
– Голубая? – возмутился Саша.
– Да не голубая она, а синяя! – Оля начинала сердиться.
– Голубая для моего сына?! – Сашка вопил на весь магазин. Хорошо, хоть нет никого. – Никогда! Вот, смотри какая. Серая!
– Серую не хочу. А вот эта… – Оля нашла еще. одну, тоже синюю, но потемнее.
Саша скептически оглядел ее выбор:
– Слишком простая.
– Ну, Саш, ну что, надо обязательно с бриллиантами? – так они сто лет будут выбирать!
– Мой сын на драндулете кататься не будет, – заносчиво заявил Белов, поддразнивая жену. Уж больно серьезно та относилась к покупке. Будто корову торговала. – А вот зеленая. Цвета хаки! Этот мир цвета ха-аки… – запел он из любимого «Наутилуса».
Звонок мобильного прервал песню. Саша слушал, что ему говорил Космос, и не верил. Не верил, не верил, не хотел верить! Фара… Не может быть… Фарик, брат… Как же так?
Мир вокруг перестал существовать.
– Не хочу цвета хаки… хаки… хаки… – Ее голос множился, расслаивался, как в дурном сне. Но это был не сон.
– Саш! – резкий окрик удивленной жены вернул его назад, в магазин.
– Какую ты хочешь? – Он подошел к Оле, стараясь не смотреть на нее. Ей-то уж совсем ни к чему знать о Фаре. Потом расскажет. Позже. Когда сам осознает эту нелепую смерть. Первую смерть близкого друга. Эх, Фара, Фара…
– Вот эту, синюю, – указала Оля.
