23
0
— Ты серьезно? — недоверчиво спросила Лайза.
— Абсолютно. Всегда!
— Ты… Приедешь?
— Как только утрясу с визой. Что скажешь?
— Скажу, что это было бы прекрасно.
— Ну вот и чудесно; Я позвоню тебе из Москвы, перед самым вылетом. Ты встретишь меня в Нью-Йорке?
— Где угодно, Саша. Хоть на краю земли.
Белов рассмеялся.
— А разве Нью-Йорк — это не край земли?
— Нет. Вот Красносибирск — это да. Самый край. Дальше только Камчатка.
— Лучик мой, все в мире относительно, — возразил Белов. — Это зависит, откуда смотреть.
— Я хочу, чтобы мы смотрели на все вместе.
— Так и будет! А пока — ложись спать. Очень жаль, что не имею возможности укрыть тебя одеялом и поцеловать перед сном, но поверь мне, очень скоро я это сделаю..
— Тогда мы не будем тратить время на сон, — сказала Лайза, и Белов мгновенно представил ее в этот момент: лукавая улыбка тронула пухлые губы, у наружных уголков глаз появились сеточки таких милых морщинок…
— Согласен. Спи, родная, — нежно сказал он.
— Сплю, — ответила Лайза и положила трубку.
Саша встрепенулся и рывком поднялся с удобного
вращающегося стула.
— Мне тоже так кажется, — тихо сказал Белов и позвал Любочку.
Люба почему-то не среагировала. Он вышел из кабинета в приемную. Миниатюрная секретарша стояла у окна и поливала цветы. Услышав голос шефа, она поставила лейку на подоконник и смешно вытянула тонкую и очень длинную шею. На языке жестов и поз это означало высшую степень готовности к исполнению обязанностей.
— Садись за компьютер, пиши приказ, — сказал Белов.
Любочка заняла свое место за клавиатурой и размяла пальцы рук, словно пианистка перёд концертом.
— Слушаю, Александр Николаевич, — сказала она, преданно глядя на Белова.
— Пиши. Настоящим приказываю…. Написала? Считать директора Красносибирского алюминиевого завода в отпуске сроком на две недели… На время его отсутствия обязанность директора возложить… — он додиктовал текст до конца. — Причина? Он очень соскучился и хочет немедленно видеть любимую женщину!
— Это писать обязательно? — совершенно серьезно спросила Любочка.
Белов пожал плечами.
— В общем-то нет. Главное, не забывать об этом.
— Хорошо. Я распечатаю и положу вам на стол, — сказала секретарша.
Ее хрупкие тонкие пальчики мелькали над клавиатурой, выбивая веселую дробь. Он вернулся в кабинет.
Едва дверь за Беловым закрылась, Любочка поджала губки:
— Чудит шеф! Так бы сразу и сказал, что на переговоры едет. Любимая женщина! — передразнила она его вполголоса.
